А могло ведь быть и так

Семьи в Российской Империи и так были огромными: 6 человек в среднем. Однако в 20-е годы они проходят через удивительно приятное сочетание факторов: рост экономики, распространение общедоступной медицины и образования. Сокращается младенческая смертность, а инерция постоянно рожать ещё живёт. Абортарии в православной стране не строят, вместо этого заботятся о роженицах. Жертвы гражданской войны участвуют в экономике, а не лежат на полях обглоданные воронами. Происходит бейби-бум.

Становится довольно типичной семья, в которой шесть живых подрастающих детей. Чтобы отвезти эту ватагу в школу потребуется, минимум, два легковых автомобиля. Это откровенно избыточно и деньги на это есть только у очень небольшой страты общества. Конечно, их можно возить и в кузове грузовика, но преуспевающий крестьянин, который может купить грузовик для работы, не хочет, чтобы его дети тряслись вместе с картошкой.

Так что село формирует требования. Россия активно ищет способ удовлетворить запрос многодетных на автомобиль для личных поездок. Огромные пространства, очень большие семьи, холод, снег, преимущественно неасфальтированные дороги, двойное назначение формируют критерии. Одни фирмы располагают в кузовах грузовиков складные сиденья и печку, другие закрывают крышами автобусы на 8 человек. Но в середине 30-х годов появляется нечто, не имеющее аналогов нигде. Это, разумеется, не пикап. Пикап стал возможен, потому что в США большая часть людей живёт в областях сильно южнее. В России сама конструкция пикапа вызывает вопрос — зачем мне полгода возить снег. Конечно, у багажника пикапа можно поставить крышку. И тогда вопрос меняется: зачем мне возить снег на крышке багажника?

Это, естественно, не грузовик европейского образца вроде ГАЗели, потому как она слишком малопроходима, а Российская Империя, несмотря на огромные темпы строительства дорог, просто физически не может обеспечить такое же покрытие на квадратный километр. Да и к тому же покрытие — это только половина беды, ещё же нужно и обслуживание этих дорог зимой. Короче, требования к автомобилю в России должны включать повышенную проходимость.

В 1935 году с конвейера завода Рябушинских сходит Toyota Land Cruiser 200. Шучу, конечно. До него оставалось ещё семьдесят лет.

Зубр был большим автомобилем. Очень большим по меркам своего времени. Три ряда сидений позволяли разместить всю семью. Задние ряды легко снимались, превращая автомобиль в лёгкий грузовик. Огромный клиренс снимал у водителя переживания о том, что будет с машиной на сельских дорогах. Мощный шестицилиндровый двигатель уверенно тянул прицеп, а усиленная рама выдерживала нагрузки, от которых легковые автомобили начинали разваливаться.

Русские инженеры создавали Зубр не для покорения бездорожья и не для участия в гонках. Они решали куда более прозаичную задачу: как перевезти многодетную семью, мешки зерна, инструменты и охотничье снаряжение в одном автомобиле.

Естественно, Зубр не оставался один на рынке. Его успех повторил Руссо-Балтовский М50/70, составил конкуренцию Аксай-50. Завод Русский Рено к большому сожалению автовладельцев, гонку за губернский автомобиль проиграл. Кстати, словосочетание «губернский автомобиль» стало нарицательным из-за рекламного плаката М50/70 — «Автомобиль для губернской жизни» – и перешло даже в другие языки. Автомобили такого класса стали называть Gubernian.

Увидеть Зубра и 38 тысяч символов альтернативной истории русского автопрома можно на наших площадках:

Гапи (можно купить разовый доступ за 100₽)
Спонср