В России формируется ни много ни мало, как штаб по искусственному интеллекту. Это предложение поддержано на самом высоком верху.

«Штаб» в российской управленческой традиции создается в период чего-то аврального, что требуется решить здесь и сейчас. И дать результат. Или хотя бы отчитаться о нем. Штаб по ликвидации последствий какой-то чрезвычайной ситуации — будь то стихийное бедствие, урожай, подготовка к зиме или что-то им подобное. Иначе говоря, искусственный интеллект и состояние дел в этой области приравнивается к стихийному бедствию, что и требует соответствующего реагирования.

Проблема в том, что не совсем ясно, какой именно результат нужно при этом получить. ИИ — это довольно широкое понятие, причем чем дальше — тем шире. Хотя в целом любой ИИ - это объект, обладающий двумя принципиальными пространствами своей архитектуры — алгоритмы и массив информации. И проблема видится сразу во втором пространстве.

Наверное, нет смысла говорить о том, что сегодня в России (и не только в ней) действует очень серьезная система ограничений на информацию. Часть ее достаточно произвольным образом попросту запрещена. В силу даже неважно каких соображений — это огромная лакуна. Пробел. Нюанс заключается в том, что информационное пространство глобально. Оно пронизано бесчисленным количеством связанных между собой участков, примерно как мозг — это не просто два килограмма нейронов, а нейроны, соединенные между собой связями, число которых превышает число звезд в видимой Вселенной. Никто не может сказать, какие именно связи будут задействованы в упаковке получаемой мозгом информации и преобразовании её в знание, которое может быть востребовано и «переупаковано» для решения той или иной задачи. Собственно, именно это и требуется от искусственного интеллекта — обладать массивом данных и инструментом для его использования, которые могут быть применены для решения любых требуемых задач. Причем даже таких, которые сегодня не сформулированы и не отрефлексированы.

Поэтому доступ к информации (любой, включая запретную) — это ключевой принцип «обучения» искусственного интеллекта. И именно в этом месте находится проблема. Кто рискнет «скармливать» искусственному интеллекту информацию, даже за поиск которой светит уголовная статья? А если лишить ИИ доступа к ней — то о какой «гонке интеллектов» может идти речь, если российский ИИ будет поставлен в заведомо проигрышное положение с любым иным иностранным? И это не считая того, что «гонка» идет уже достаточно давно по меркам развития ИИ, и мы уже отстаем, и отстаем очень серьезно?

Да, есть и чуть более изящные решения: современные ИИ (особенно узкоспециализированные) могут эффективно обучаться на ограниченных, но качественных датасетах. Проблема скорее в динамике и разнообразии данных, а не в тотальном доступе ко «всему». Но опять же - «разнообразие данных» в условиях рандомных запретов «по площадям» не гарантирует, что завтра к разработчику не придут люди с холодными руками и горячими сердцами задавать неприятные вопросы. И неважно, что сегодня этих вопросов нет, завтра они могут появиться. По любой причине.

Стоит отметить, что как раз российские решения в области информационных технологий всегда были на очень высоком уровне и имели все шансы оставаться на нем, а в ряде областей — и лидировать. Безо всяких чрезвычайных штабов, стоит отметить. Но сейчас ситуация меняется, и явно не в лучшую сторону. Просто потому, что в российский «мозг» воткнули не просто гвоздь, а прямо-таки костыль жесткой цензуры. Причем не особенно вдаваясь в детали — с размаха.

Возникает логичный вопрос — что в таких условиях может сделать «штаб», кроме производства огромного числа директивных указаний и циркуляров? Отменить цензуру — не в его власти. Установка «безопасность любой ценой, которая не имеет никакого значения» - не его епархия. А без разрешения этой проблемы деятельность такого штаба по своему содержанию и результатам вызывает вполне понятный скепсис.

|Закрытый канал

| Канал «Книги»