Чем вызван «правый подъем 2025 года»? Что это — триумф реакции или кризис левой альтернативы? Политолог Глеб Кузнецов отвечает Алексею Дзерманту (2/2)

2024-25 годы — не триумф правых. Это год, когда обнажились противоречия того, что последние тридцать лет называло себя «левым».

В чем проблема «новой левой повестки»?

Левые исторически защищали конкретные группы с материальными интересами: рабочих, крестьян, колонизированные народы — людей, объединённых общей позицией в системе производства и эксплуатации.

Новая «левая» повестка защищает категории, сконструированные в академии: бесконечно дробящиеся идентичности, каждая из которых требует признания, но не имеет экономической программы.

Итог: "левые" партии Запада превратились в партии образованного городского среднего класса — университеты, медиа, НКО, культурная индустрия. А правые подобрали всех остальных: тех, кто работает руками, живёт в провинции, не имеет высшего образования.

Кто держится, кто проигрывает?

Латинская Америка — лучшая лаборатория для проверки этого тезиса. И здесь виден чёткий водораздел.

Лула да Силва стоит на классических левых позициях. Программа понятна: перераспределение, социальные программы, индустриальная политика. Инвестиции в инфраструктуру, а не в теорию интерсекциональности. Лула говорит с бедными о бедности, с рабочими о работе — и это эффективно.

А чилийские выборы 2025 года выиграл ультраправый Хосе Антонио Каст. Почему? Потому что его левый предшественник Борич пришёл на волне протеста 2019 года без твёрдой программы. Студенческое движение, экологическая повестка, прогрессивный имидж — но не классовая партия. Конституционная реформа провалилась. Доверие утратилось.

Там, где левые сохраняют классовую базу и материалистическую программу, они устойчивы. Там, где подменяют это культурным либерализмом, академической повесткой и вечным дрейфом к «центру» — проигрывают. И проигрывают закономерно.

Главное: даже там, где якобы происходит «триумфальный правый поворот», ждет своего часа настоящая левая альтернатива — классовая, материалистическая, массовая.

ОГОНЬ