Моя знаменитая подруга Катя Баева привезла мне по моей просьбе из Петербурга дневник Николая Солодникова. Возможно, сейчас она придет в комментарии и будет кричать на него “говно! ненавижу! поза!”, но поскольку дружит она со мной явно не за мои книжные заслуги, а за то, что я отважная, веселая, и красивая, я не побоюсь, и напишу, что Солодников - прелесть. Я реально отношусь к нему с нежностью по ряду причин. Во-первых, он похож на моего мужа. Во-вторых, однажды мы были на его встрече с Голышевым в подписных, и тогда казалось, что мне есть место во всей этой интеллектуальной компании, это был прекрасный летний день, не было никакой войны, и у меня была потрясающей красоты бежевая юбка, я очень ценю это воспоминание. В-третьих, эти его разговоры с дедами, ну для меня это просто прелесть и безобидное совершенно великолепие.

Короче, Николай какое-то время записывал разные цитаты и мысли и трогательные соображения себе в тетрадочку, а потом решил издать в тряпичном дорогом переплете и с иллюстрациями. Денег своих она совершенно не стоит, не покупайте, за две с половиной тысячи я тоже навыписываю вам цитат из Тарковского, и наверное было бы красивее и честнее, если бы Николай оставил все это в тетрадке. Но кто мы такие чтобы что-то ему запрещать, с другой стороны.

Но какая прелесть все равно! Вот его родина, дневник. Невозможно не умиляться, когда взрослый мужчина записал мысли про свою бабушку, про Павловск, про милосердие и детей. Про то, как снежок красиво лежит в деревне, про то, как он плакал, смотря Тарковского, читая Чехова, слушая Соколова, Моцарта и всех остальных. А потом с дедами сидел и пил виски и было ему хорошо. И все это - его родина, ну разве не хорошо! Если бы я писала про родину - я бы писала про парк Сосновка, Питер ФМ, четырнадцатый корпус Герцена, улица Марата, ну и про Шостаковича написала бы, про Русский музей. Я могу и от снега красивого тоже заплакать, кстати. От Тарковского не могу, но на то я и не Николай Солодников.

Солодников, кажется, думает, что он немножко Гаспаров. И цитирует его, и явно большой поклонник “Записей и выписок”, взять хотя бы сам формат. Очень люблю Гаспарова, но там никакой прелести и умиления нет, там цитаты и мысли складываются в устройство огромного ума, хочется пойти и перечитать библиотеку. После Солодникова хочется купить блокнотик. Но прелесть все равно! А еще у Николая есть финальный босс - Мамардашвили, он его тоже часто упоминает, он почитал его переписку с Альтюссером, и вот его культурный капитал, полюбуйтесь, демонстрируется выписанной цитатой. Гаспаров такого в своих записях, конечно, не делал, за это мы его и любим. Как мог бы написать Николай: для Михаила Леонидовича интеллект - это источник текста, а не его реквизит. Каково, а? Это я придумала, тоже готова уже публиковать книгу за 2500₽.

Все это совершенно чудесно, и Гаспаров, и Солодников, и деды в Италии, а главное - Катя Баева, которая приехала в Ереван! А Мамардашвили я так пока и не прочитала, потому как пока не смогла.