«Притом надобно припомнить историческое впечатление, под действие которого попало молодое поколение, вступив в действительную жизнь. Многие из этих людей помнили еще ту восторженную тревогу, какая овладела образованною молодежью при первых шагах нового царствования; потом этим людям пришлось пережить много испытаний… Все, что они видели, и все, что они вычитывали из иноземных книг, они прилагали к своему отечеству, сравнивали его порядки и предания с заграничными….

Легко понять, в каком виде должна была представиться окружающая действительность, как только эти люди стали вникать в нее. Она должна была представить им самую мрачную картину: рабство, неуважение к правам личности, презрение общественных интересов – все это должно было удручающим образом подействовать на молодых наблюдателей, производить в них уныние; но они были слишком возбуждены, чтобы уныние могло их заставить складывать руки.

Один из немногих невоенных участников движения 14 декабря – Кюхельбекер на допросе верховной следственной комиссии откровенно признавался, что главной причиной, заставившей его принять участие в тайном обществе, была скорбь его об обнаружившейся в народе порче нравов как следствии угнетения…

Это важная перемена, совершившаяся в том поколении, которое сменило екатерининских вольнодумцев; веселая космополитическая сантиментальность отцов превратилась теперь в детях в патриотическую скорбь. Отцы были русскими, которым страстно хотелось стать французами; сыновья были по воспитанию французы, которым страстно хотелось стать русскими. Вот и вся разница между отцами и детьми.
Настроением того поколения, которое сделало 14 декабря, и объясняется весь ход дела».



Василий Ключевский. «Русская история. Полный курс лекций».



Получилось у тогдашнего молодого поколения, как известно, не очень. А ведь это были участники победоносной войны. Впрочем, это свойство любой войны – оставлять завышенные ожидания и обилие хорошо обученных людей, уверенных, что накопленные проблемы лучше и быстрее могут решить только они. Здесь бы Тайной канцелярии повнимательнее надо, поглубже, так сказать.

Василий Осипович Ключевский однажды в сердцах заметил: «Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего». Вот не хотелось бы снова этого всего…