«Кроме повседневной и мало интересной телеграммы со сводкой о положении на русском фронте, пакет содержал длинную шифрованную телеграмму, переданную из ставки через Извольского…

Одни только дипломаты, изыскивающие все способы тщательной маскировки основной мысли, могли затратить столько слов, чтобы оправдать тяжелое положение, в котором оказались русские армии на фронте. Главная вина в этом сваливалась на союзников: немцы, мол, не перестают перебрасывать свои силы с Западного фронта на Восточный, но что это были за силы и какой был их состав, авторы телеграммы, разумеется, не указывали, и я мог лишний раз убедиться, что мои донесения о перебросках в расчет не принимались.

Наконец, на третьей странице выяснились истинные причины невозможности перехода русских армий в наступление: непредусмотренный расход артиллерийских снарядов и недостаток в ружьях…

Телеграмма Николая Николаевича, русского главнокомандующего, несмотря на ее туманность, впервые открыла мне глаза на действительно трагическое положение нашей армии. Если французской пехоте удается пробиться через проволочные заграждения только после предварительного разрушения их многочасовым артиллерийским огнем, то что же смогут сделать наши солдаты при отсутствии снарядов!

Немецкое радио не перестает сообщать о русских атаках, отбитых со страшными потерями. «Он нашего брата, солдата, жалел!» — говаривали маньчжурцы про Куропаткина. Но Николаю Николаевичу, конечно, в голову не придет считаться с потерями. Он уже успел уложить в лобовых атаках в Галиции цвет русской гвардии, а теперь будет губить на неразрушенных проволочных заграждениях наших родных сибиряков».
 
Алексей Игнатьев. «Пятьдесят лет в строю».
 
Мемуары Игнатьева, бывшего в годы Первой мировой российским военным атташе во Франции впервые были опубликованы 82 года назад, но иногда складывается ощущение, что с тех пор их никто так и не прочитал. Стоило бы заставлять их учить наизусть сразу при поступлении на военную службу, но, видно, там другая литература в почете…