XX век был посвящён попыткам воплощения утопий в жизнь. XXI век проходит на фоне несмолкающей агитации: нужно ещё раз попробовать — прошлый раз «не так пробовали».

В США Сандерс и Уоррен, в Британии — Бёрнем и Стивенсон, в России — имя им легион: с предложениями «библиотек имени Ленина» и памятниками Сталину, возрождением пионерии, «деприватизацией» и бесконечным потоком ненависти к предпринимателям.

Откуда это берётся? Как-то система образования приучила нас верить, что то, что мы имеем, — само собой разумеющееся. И есть лишь «нереализованная прибыль» — та самая утопия: в которой есть лишь блага, а издержек нет. И нас приучили любую реалистичную, практико-ориентированную модель сравнивать с утопией. А утопия всегда выиграет такое сравнение: у неё ведь заведомо нет издержек — потому она и утопия.

И вот общество бросается в погоню за этими утопиями, за пресловутыми кружевными трусиками… И позднее обнаруживает: это была игра с отрицательной суммой — все стали беднее, кроме тех, кто был организатором забега.

Но и здесь система образования приходит на помощь — возлагать ответственность на организатора забега нельзя — «он ведь хотел как лучше».