Самарский кейс интересен именно своей многоуровневостью. Поверхностный слой – популизм с электоральной логикой. Перед одновременными выборами в ГосДуму и Губернскую думу анонс сокращения чиновников работает как сигнал избирателю: власть слышит запрос на «меньше бюрократии». Цена вопроса — ноль, если исполнение будет таким, каким оно обычно бывает.
Слой второй – управленческая эквилибристика. Сложившаяся практика хорошо известна: сотрудников не увольняют, а переоформляют в ГУПы, МУПы и подконтрольные НКО, финансируемые из того же бюджета. Расходы не сокращаются – меняется строка в отчетности. Бюрократ остеётся на месте, просто его больше нет в официальной статистике госслужащих. Фокус, отработанный до автоматизма.
Слой третий – структурный парадокс. На фоне анонсированных сокращений Самарская область содержит два строительных ведомства – министерство строительства и министерство градостроительной политики, которое только что лишилось руководителя. Искусственное дробление функций раздувает штат, а затем этот же штат торжественно «сокращают». Это называется оптимизацией.
Отдельного внимания заслуживает Министерство по региональной безопасности – структура, существование которой сложно объяснить при наличии МВД, ФСБ и МЧС. Когда департамент вырастает в министерство без очевидного расширения полномочий – это не реформа государственного управления. Это его противоположность.
Резюме простое: о реальном сокращении бюрократии можно будет говорить, когда сократится не численность в штатном расписании, а объем бюджетных расходов на содержание аппарата. Пока этого не произошло – перед нами жанр административного театра с хорошо знакомым финалом.