Не совсем о еде, а о «закуске» из... глины

Перед вами один из самых знаменитых жестов в истории живописи — и при этом один из самых загадочных. На знаменитейшей картине Веласкеса «Менины» фрейлина склоняется перед пятилетней инфантой и протягивает ей на серебряном подносе крошечный глиняный сосудик, búcaro de barro. Этот небольшой кувшинчик из красноватой пористой глины – и есть ключ к одной из самых странных мод Золотого века Испании.

👆Чтобы понять этот жест, нужно вспомнить, каким в середине XVII века был идеал женской красоты. Хрупкость, болезненная худоба, мертвенная бледность кожи — вот что считалось верхом утонченности и аристократизма. Дамы высшего света тратили немало усилий, чтобы соответствовать этому канону: они пудрились, морили себя голодом, пили уксус. Но самым модным, самым распространённым и самым разрушительным методом была букарофагия — поедание глины.

Búcaros делали из тонкой и пористой красной глины. Перед обжигом в неё вмешивали амбру, специи, ароматические вещества, и готовый сосуд источал тонкий запах. Его заполняли душистой водой, которую пили, а потом начинали методично откусывать от самого кувшинчика — по маленькому кусочку, как лакомство. Тогдашние писатели свидетельствовали: эти сосуды «едят дамы, чтобы умертвить цвет лица».

Эффект был вполне реальным, хотя и губительным. Фрагменты керамики, попадая в желудок, покрывали кишечник изнутри и мешали всасыванию питательных веществ — прежде всего железа. Развивалась анемия, кожа бледнела и приобретала желанный «мраморный» оттенок. Кроме того, иногда возникала закупорка кишечника. Некоторые дамы отмечали лёгкий наркотический эффект — особую расслабленность и даже лёгкие галлюцинации.

Монахиня и художница из Мадрида Эстефания де ла Энкарнасьон в своей автобиографии признавалась, что начала есть глину в двенадцать лет, подражая знатным дамам, и что это вводило её в состояния, похожие на мистический экстаз.

Вся образованная Испания знала и высмеивала эту страсть. «Девочка бледнолицая — или влюблена, или ест глину», — писал Гонгора в одной из своих летрилий (частушек). То же наблюдение повторял и Лопе де Вега, а Франсиско де Кеведо посвятил теме целый сонет с говорящим названием «Амарили, которая держала во рту кусочки búcaro и была близка к тому, чтобы их проглотить». Врачи предупреждали, аристократки не слушали — и в худших случаях умирали от хронической интоксикации и кишечной непроходимости.

Веласкес написал «Менины» в 1656 году, и сцена с búcaro — не случайная деталь, а точный слепок придворного ритуала. Художник, проведший всю жизнь при дворе Филиппа IV и хорошо знавший его быт, запечатлел обычный момент: фрейлина исполняет свою обязанность, поднося инфанте маленький сосудик, как это делалось каждый день. Содержал ли он в тот момент душистую воду — или это уже был ритуал первого «кусочка» — сказать трудно. Инфанте Маргарите Терезе на картине всего пять лет. Она умерла в Вене в 1673 году, не дожив до двадцати двух, сломленная бесконечными беременностями и слабым здоровьем. О том, какую роль в этом сыграла глина — история умалчивает, но ничего не исключает.

Статьи о поедании глины вы сами можете прочитать по ссылкам:

▫️Moda y patología femeninas en la España del siglo XVII
▫️Bucarofagia: la dieta milagro del siglo XVII en la que las mujeres comían arcilla

@lacocinaespanola