Это роман о хрупкости связей — с собой и с другими, — которые важно успеть выстроить, пока реальность не становится слишком неустойчивой. Апокалиптический Архангельск здесь звучит почти по-скандинавски: холодный, напряженный, с ощущением постоянной тревоги, не отпускающей до последней страницы…

…по интонации «Плавучие гнезда» сближаются с романом исландской писательницы Сигридур Хагалин Бьёрнсдоттир «Вулканы, любовь и прочие бедствия»: в обоих текстах любовные отношения развиваются на фоне неизбежной природной угрозы, без акцента на катастрофу как зрелище. В обеих книгах север показан через быт — теплые квартиры, совместные ужины, попытки сохранить уют в нестабильных условиях. И конечно, «Плавучие гнезда» — это редкий случай русскоязычного экофикшена, жанра, который занял прочные позиции на мировой литературной сцене и только-только делает первые шаги на российской.