Что такое владение цифровым активом в (публичной) блокчейн-системе: методика разрешения частных споров и некоторые соображения по принятому сегодня законопроекту о цифровых валютах и цифровых правах

Конфликты по поводу того или иного имущества разрешаются по-разному в зависимости от того, идет ли речь о наличии абсолютных или относительных отношений, уже - о вещных или обязательственных.

Учитывая возрастающую долю оборота цифровых активов, целесообразно уже сейчас определять методы разрешения частно-правовых споров по поводу них. Вопросы принадлежности, обращения взыскания, перехода в силу сделок или наследования и т.п. это не просто ближайшее будущее, это уже настоящее.

В определенном смысле система потенциальных исков из владения цифровыми активами была представлена здесь.

В настоящем посте речь пойдет о юридически значимом обстоятельстве для разрешения подобных споров - о владении цифровым активом.

Владение цифровым активом это что?

Представляется, что владеет цифровым активом тот, кто обладает приватным ключом к кошельку в самой блокчейн-системе, где записана принадлежность актива соответствующему кошельку. Этот ключ не надо путать с паролями к тем или иным личным кабинетам у посредников (депозитарии, кастодианы, брокеры и т.п.), равно как и отделять его от адреса кошелька.

Если у стороны спора есть приватный ключ к соответствующему кошельку, она владеет цифровым активом. Если у нее есть ключ (пароль и т.п.) для осуществления тех или иных транзакций через посредника, у которого есть приватный ключ, то первый является лишь кредитором второго, а вот второй и является владельцем цифрового актива.

Например, если «посредник» в данном контексте, воспользовавшись приватным ключом, отправит средства на другой кошелек, то кредитору будет доступен лишь обязательственный иск в связи с нарушением обязательства.

В принятом сегодня ГД ФС РФ законопроекте о цифровых валютах и цифровых правах предпринята попытка ввести требование об обособлении активов, которые «держат» посредники (п. 12, 13 ст. 25 законопроекта): нельзя обращать взыскание на активы, доступ к которым предоставляется посредником (доступ к адресам-идентификаторам в терминах законопроекта).

Попытка эта, однако, не будет эффективна для целей гарантий сохранения актива у «экономического собственника», а по сути кредитора: механизма запрета посреднику осуществить операцию без согласия такого кредитора нет, по крайней мере, в публичных блокчейн-системах, где владение приватным ключом достаточно для совершения транзакции.

Думается, что в большинстве случаев речь будет идти об открытии нашим посредником счета у другого посредника, тут в целом размытие гарантий по описанным выше причинам еще более очевидно.

Все это означает необходимость детальной квалификации возникающих отношений для разрешения будущих споров.