Это было как раз на Пасху. Союзники запросили эвакуацию — назвали своё местоположение, и в тот же момент по ним сработал вражеский ударный FPV‑дрон. Я с водителем сразу выехали на точку.
Дорога была знакомая. Уже почти подъехали к месту, когда на обочине лежал большой вражеский «ждун» FPV‑дрон. Водитель махнул рукой и сказал: «Смотри, какой дрон лежит». Я ответил: «На обратном пути заберём».
Подъехали к указанному месту — машину не нашли. Развернулись и поехали обратно тем же путём. Вдруг раздался резкий, оглушительный хлопок. Мы поняли: по нам отработал FPV‑дрон. Он взорвался в стороне, где‑то в двадцати‑тридцати метрах от машины. Взрыв был серьёзный — все на мгновение притихли.
Через минуту, рядом с тем местом, где лежал дрон, из посадки вышли ребята. Напротив стоял чёрный УАЗ‑Патриот, искорёженный и побитый. Они махали руками и кричали: «Вы живы? Вы живы?» Я крикнул: «Да». Они объяснили, что видели, как дрон поднялся и полетел за нами, и пытались связаться по рации, но у нас в машине был включён РЭБ — связи не было, их вызовы мы не слышали.
К счастью, мы погрузили пострадавших и поехали в госпиталь. Там передали их медикам и оформили всё, как положено. В тот момент, стоя в коридоре больницы, я подумал, что в этот священный день нас уберёг Бог... Это был точно Он...
Обсуждение 0
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram