Junger Orientalist🕊
@gunsncamels
Junger Orientalist🕊
Халед Багдаш вступил в Сирийско-Ливанскую компартию в 1930 году, когда ему было 18 лет. В то время компартия создавала ячейки в крупных городах Ливана и Сирии, а лидер коммунистов Фуад аш-Шимали был видным профсоюзным активистом в Ливане. Халед Багдаш тогда был студентом-юристом в Дамаске.*
Уже в 1931 году Багдаш сначала возглавил отделение партии в Дамаске, а затем стал членом Центрального комитета. Взлёту Багдаша способствовал один из руководителей компартии, Артин Мадоян. Он был лидером армянских коммунистов, и в 1925 году их движение Спартак объединилось с ливанскими коммунистами (Багдаш был курдом). Товарищ Мадоян оставался влиятельным вплоть до 1970–80-х.
По одной из версий, Багдаша продвигал также Нахман Литвински из Палестинской компартии (поначалу у коммунистов в Ливане и Сирии не было прямых контактов с Москвой, а только с коммунистами в Палестине – в основном евреями).
В 1932/36/37 году в партии произошёл переворот. Халед Багдаш обвинил Фуада Шимали в сотрудничестве с французской полицией и занял его место во главе партии. Багдаш оставался главным сирийским коммунистом до своей смерти в 1995 году; ливанские же коммунисты сумели избавиться от его мудрого руководства в 1960-х.
В начале 1930-х в руководство партии вошли также Фараджалла аль-Хелу и Николя Шауи, которым предстояло сыграть ведущие роли в истории коммунистического движения. Они поддержали переворот Багдаша.
Вскоре Багдаш на несколько лет отправился в Москву. В середине 1930-х он изучал там марксизм-ленинизм в Коммунистическом университете трудящихся Востока, а также представлял арабских коммунистов в Коминтерне. Идеи сталинизма пришлись Багдашу по душе.
Пока Халед Багдаш был в Москве, партией управляли в основном Артин Мадоян, Фараджалла аль-Хелу и Николя Шауи. К середине 1930-х партия оправилась после волны арестов и вновь стала расширять публичную деятельность. В 1936 году коммунистам улыбнулась удача: к власти во Франции пришло левое правительство, и в 1936–39 гг. компартия в Сирии и Ливане особо не преследовались. В 1937–39 гг. коммунисты издавали газету «Глас народа» (Ṣawt aš-šaʿb). Однако ещё до 1936 партия выпускала подпольные газеты на арабском и армянском, а в 1934 году два коммуниста, включая Мадояна, участвовали в парламентских выборах.
Халед Багдаш добивался идеологической монополии внутри партии и жёсткой ориентации на Москву. Этим он отличался от ранних коммунистических лидеров вроде Юсуфа Язбека и Фуада Шимали: у них не было ни ясного представления о марксизме и советской идеологии, ни связей с Москвой. Во второй половине 1930-х партийная линия регулярно колебалась в зависимости от обстоятельств: нападки на империалистов сменялись сдержанностью (1936–39), в период сближения Москвы с Берлином возобновились, а потом приостановились на фоне общей борьбы с фашизмом.
Так или иначе, харизматичный и образованный Багдаш стал заметной фигурой в рядах антиколониальной оппозиции. Его репутация и связи из этого периода способствовали тому, что после независимости Сирии компартия действовала открыто (в период гражданских правительств), а Багдаш стал первым коммунистом в арабском парламенте (в Сирии).
(T. and J. Ismael, The Communist Movement in Syria and Lebanon; Michael Suleiman, The Lebanese Communist Party)
*мне также встречалась версия, что он не смог поступить в Правовой колледж (ныне юрфак Унив. Дамаска)
Халед Бакдаш руководил Сирийской компартией с середины 1930-х до своей смерти в 1995. Затем руководство СКП перешло его жене, а потом сыну.
Бакдаш возглавил партию в годы борьбы за независимость; ему было 20 с небольшим. В 1954 г. он стал первым коммунистом в арабском мире, избравшимся в парламент. Однако его вождизм, сталинизм и лояльность Москве не нравились многим коммунистам. Многие уходили из партии, а в 1960-70-х начались расколы.
Сам Бакдаш был кооптирован режимом Хафеза Асада и заседал в марионеточном парламенте. Другие лидеры движения за независимость умерли в изгнании (режим Баас лишил их гражданских прав и конфисковал имущество), так что наличие Бакдаша в парламенте было приятным бонусом для баасистов.
Вот, что писал о Бакдаше палестинский коммунист Наджати Сидки. Во второй половине 1930-х он работал с Бакдашем в Дамаске и Бейруте.
«Моя партийная работа в Дамаске была сосредоточена в сферах воспитания и литературы. Что же до ответственной организационной работы, ее полностью сосредоточил в свои руках Халед. Руководство партией было полностью завязано на Халеде, для которого было очень важно оставаться единоличным вождем в сталинском стиле. […] он потребовал от членов партии стоять смирно с почтением и уважением при его появлении в офисе»
А так вспоминал Бакдаша замглавы заведующего международным отделом ЦК КПСС Карен Брутенц. Брутенц занимал этот пост не раньше 1960-х.
«Так, подготовка аграрной платформы Сирийской компартии свела меня с ее Генеральным секретарем Халедом Багдашем, фигурой колоритной и тогда самой влиятельной в арабском комдвижении. Он принадлежал к старшему поколению коммунистических руководителей, во многом походил на наших лидеров того же "разлива", но в восточном варианте. Умный, хитрый, с сильно выраженными волевым началом и политическим инстинктом, отличный оратор, довольно хорошо подкованный в идеологическом отношении, он был в то же время весьма авторитарен, капризен и не терпел возражений своих товарищей. Следующее поколение лидеров арабских коммунистов в большинстве своем было не намного демократичнее, но в целом заметно пожиже, куда менее марксистски образованным и более прагматичным»
Не уверен, что Брутенц справедлив, когда называет новое поколение арабских коммунистов «менее марксистски образованным». Действительно, в 1960-х арабские коммунисты стали отходить от советского марксизма-ленинизма. Вместо слепого следования генеральной линии КПСС арабские коммунисты хотели теоретизировать сами и читали западных марксистов вроде Луи Альтюссера.
С демократичностью тоже не всё так однозначно. Действительно, бывший коммунист Фуад Илия в интервью Syria TV рассказывал, что СКП-Полютбюро и Объединённая СКП, отколовшиеся от партии Бакдаша, тоже отнюдь не блистали демократией. Он считает, что они продолжили полагаться на личные отношения вместо партийных институтов, как это было и у Бакдаша.
В то же время, похоже, что в Ливанской компартии к концу 1960-х сложилось коллективное руководство. Генсек Николя Шауи возглавлял партию аж до 1980-х, но всё большую роль играли молодые кадры в ЦК, особенно Жорж Хауи (преемник Шауи на посту генсека). Так пишет шиитский коммунист Карим Мруе. ЛКП после обновления даже могла похвастаться парой оригинальных мыслителей-марксистов вроде Хусейна Мруе или Махди Амеля.
Бакдаш возглавил партию в годы борьбы за независимость; ему было 20 с небольшим. В 1954 г. он стал первым коммунистом в арабском мире, избравшимся в парламент. Однако его вождизм, сталинизм и лояльность Москве не нравились многим коммунистам. Многие уходили из партии, а в 1960-70-х начались расколы.
Сам Бакдаш был кооптирован режимом Хафеза Асада и заседал в марионеточном парламенте. Другие лидеры движения за независимость умерли в изгнании (режим Баас лишил их гражданских прав и конфисковал имущество), так что наличие Бакдаша в парламенте было приятным бонусом для баасистов.
Вот, что писал о Бакдаше палестинский коммунист Наджати Сидки. Во второй половине 1930-х он работал с Бакдашем в Дамаске и Бейруте.
«Моя партийная работа в Дамаске была сосредоточена в сферах воспитания и литературы. Что же до ответственной организационной работы, ее полностью сосредоточил в свои руках Халед. Руководство партией было полностью завязано на Халеде, для которого было очень важно оставаться единоличным вождем в сталинском стиле. […] он потребовал от членов партии стоять смирно с почтением и уважением при его появлении в офисе»
А так вспоминал Бакдаша замглавы заведующего международным отделом ЦК КПСС Карен Брутенц. Брутенц занимал этот пост не раньше 1960-х.
«Так, подготовка аграрной платформы Сирийской компартии свела меня с ее Генеральным секретарем Халедом Багдашем, фигурой колоритной и тогда самой влиятельной в арабском комдвижении. Он принадлежал к старшему поколению коммунистических руководителей, во многом походил на наших лидеров того же "разлива", но в восточном варианте. Умный, хитрый, с сильно выраженными волевым началом и политическим инстинктом, отличный оратор, довольно хорошо подкованный в идеологическом отношении, он был в то же время весьма авторитарен, капризен и не терпел возражений своих товарищей. Следующее поколение лидеров арабских коммунистов в большинстве своем было не намного демократичнее, но в целом заметно пожиже, куда менее марксистски образованным и более прагматичным»
Не уверен, что Брутенц справедлив, когда называет новое поколение арабских коммунистов «менее марксистски образованным». Действительно, в 1960-х арабские коммунисты стали отходить от советского марксизма-ленинизма. Вместо слепого следования генеральной линии КПСС арабские коммунисты хотели теоретизировать сами и читали западных марксистов вроде Луи Альтюссера.
С демократичностью тоже не всё так однозначно. Действительно, бывший коммунист Фуад Илия в интервью Syria TV рассказывал, что СКП-Полютбюро и Объединённая СКП, отколовшиеся от партии Бакдаша, тоже отнюдь не блистали демократией. Он считает, что они продолжили полагаться на личные отношения вместо партийных институтов, как это было и у Бакдаша.
В то же время, похоже, что в Ливанской компартии к концу 1960-х сложилось коллективное руководство. Генсек Николя Шауи возглавлял партию аж до 1980-х, но всё большую роль играли молодые кадры в ЦК, особенно Жорж Хауи (преемник Шауи на посту генсека). Так пишет шиитский коммунист Карим Мруе. ЛКП после обновления даже могла похвастаться парой оригинальных мыслителей-марксистов вроде Хусейна Мруе или Махди Амеля.
👍 7
❤ 5
🤔 3
2 1.9K
Обсуждение 0
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram