Кто победил в гражданской войне?

Война в Ливане (1975-90) унесла жизни ~100-150 тысяч человек, ещё порядка 10-20 тысяч пропали без вести, сотни тысяч – эмигрировали. Всё это в стране с населением в считанные миллионы. Страна оказалась под оккупацией: на юге до 2000 г. стояли израильские войска, а сирийские оставались в Ливане до 2005 г., и именно Дамаск определял курс Бейрута. К тому же, за 15 лет войны мир сильно изменился, и Ливан во многом утратил свою роль посредника между Западом и богатыми нефтью арабскими странами в экономике и логистике.

Если в войне и были победители, то это, прежде всего, режим Асадов. Впрочем, и он в итоге был вынужден уйти из-за массовых протестов и международного давления.

Но и среди ливанцев можно найти тех, для кого война стала своего рода социальным лифтом. В первую очередь это полевые командиры, близкие к Дамаску.

Самым успешным оказался Набих Берри: в 1980г. он возглавил шиитское Движение Амаль, а в 1992г. стал спикером парламента – и остаётся им до сих пор. В 1980-х Амаль превратилось в главное ополчение шиитов, а с 1990-х оно действует как влиятельная политическая партия, завязанная лично на председателя Берри.

В целом война радикально изменила политику шиитской общины Ливана. До 1975г. среди шиитов доминировали несколько семей крупных землевладельцев. В 1960-70-х, на фоне урбанизации и модернизации, их политическому господству всё активнее бросали вызов: с одной стороны – левые светские партии (в первую очередь Компартия, в те годы весьма популярная среди шиитов), с другой – движение за социальные права под руководством харизматичного имама Мусы Садра. Однако именно война с её новыми правилами игры привела к тому, что выходцы из ополчений – Амаль и Хезболла – сменили землевладельцев.

Помимо Берри, можно вспомнить христианского полевого командира Элие Хобейку. Он проходил подготовку в Израиле, отвечал за безопасность ополчения Ливанские силы, и именно люди Хобейки устроили резню в лагерях палестинских беженцев Сабра и Шатила (1982). В 1985 г. в Ливанских силах – крупнейшем ополчении христиан – произошёл переворот: молодые командиры Хобейка и Самир Джаджа отстранили руководство, лояльное семье Жмайелей.

Хобейка взял курс на примирение с Дамаском и даже участвовал в Тройственном соглашении (1985). Это была попытка завершить войну через договор между ведущими ополчениями шиитов (Амаль), друзов (ПСП семьи Джумблатов) и христиан – под эгидой Сирии. Однако соглашение не было реализовано: в начале 1986 г. Самир Джаджа захватил контроль над Ливанскими силами, а Хобейка бежал в Дамаск.

После войны Элие Хобейка вернулся, был депутатом и даже министром. В начале 2000-х его взорвали в Бейруте.

Однако в целом христианские политики скорее проиграли. После войны популярные лидеры оказались в тюрьме (Самир Джаджа) или изгнании (Мишель Аун), а их сторонников преследовали. Во многом это объясняется тем, что они выступали против сирийской гегемонии. Многие христиане бойкотировали парламентские выборы 1992г. – первые после войны.

Семья Джумблатов и их Прогрессивно-социалистическая партия сумела сохранить влияние, непропорциональное демографическому весу друзов. Хотя в 1976-77 гг. Джумблаты, будучи союзниками Ясира Арафата, сражались против сирийцев, Валид Джумблат пересмотрел стратегию и стал сотрудничать с Асадом. Это позволило ему не только пережить войну, но и стать одним из ведущих политиков в послевоенном Ливане. В 1992 г. избирательные округа в Горном Ливане были нарезаны так, чтобы дать его партии максимальное преимущество. В 2000-х Валид-бей отдалился от Асадов, а после свержения Башара стал первым ливанским политиком, посетившим Дамаск.

Благодаря поддержке Асадов беспрецедентного (по своим меркам) успеха в 1992 г. добилась Сирийская социальная националистическая партия. В парламент попало целых шесть депутатов; до того их рекордом был один (Асъад Ашкар в 1957-60). Однако ССНП уже контролировалась сирийцами и из радикальной анти-системной партии превратилась в одну из опор сирийского доминирования и конфессиональной системы, которую ССНП всегда критиковала.