20

По мере приближения к 24 февраля, когда страны ЕС рассчитывают принять юбилейный санкционный пакет против России, становится все больше вопросов и спекуляций относительно его содержания. Отвечает Урсула фон дер Ляйен:
• Полный запрет на морские перевозки российской нефти;
• Еще 43 танкера теневого флота, запрет на обслуживание танкеров СПГ и ледоколов;
• 20 региональных банков;
• Санкции против компаний сектора криптовалют, криптобирж, криптоплатформ;
• Банки в третьих странах («several banks in third countries involved in facilitating illegal trade in sanctioned goods»);
• Запрет экспорта новых категорий товаров, а также услуг в сфере кибербезопасности;
• Запрет импорта металлов, минералов, продукции химической промышленности, а также ограничения на экспорт химикатов в Россию.

Пожалуй, здесь есть три главные темы: подчеркивается снижение доходов от торговли нефтью, ограничения на банковские транзакции в третьих странах, а также криптовалюта.

Кажется, Еврокомиссия нащупала свою ахиллесову пяту: нефтегаз. По разным причинам доходы от продажи нефти в 2025 серьезно упали и рискуют в 2026 упасть еще – не в последнюю очередь благодаря расширению скидок на Urals. Это может привести к истощению резервов и корректировке существующей бюджетной политики, вплоть до отмены бюджетного правила и возможной девальвации рубля.

Криптовалюта и связанные индустрии, вроде платежных агентов, однозначно стали одним из ключевых способов оплаты импорта. Financial Times на днях посвятили статью уже попавшему под санкции A7, который якобы провел почти пятую часть всех ВЭД-операций страны. По данным ПСБ, непосредственно связанного с А7, объем операций уже к сентябрю прошлого года превысил 7.5 трлн рублей. А7 уже находится под всеми возможными санкциями, а связанные A7A5 и Grinex существуют в параллельной реальности относительно мира «белой» криптовалюты. Возможно, теперь Еврокомиссия нацелилась на финансовые институты, которые собственно перемещают средства – в первую очередь, в Кыргызстане.

Мой собеседник, работающий в одном из банков страны, заявил, что возможность платить за необходимые товары деньгами с российским происхождением «куда угодно» сохраняется – несмотря на санкции и усилия властей Кыргызстана. Местная налоговая служба в экстренном режиме даже предложила-обязала платить 0.1% от дохода по операциям за пределами КР, что явно ориентировано на транзитные компании. При этом зампред Кабинета министров страны Эдиль Байсалов относится к угрозам Евросоюза серьезно: по его словам, власти Кыргызстана предлагали механизмы контроля, но ЕС не готов идти навстречу – следовательно, грядут новые ограничения в финансовом секторе.

Я уже не первый раз пишу об особой уязвимости именно Кыргызстана делу европейских санкций, что мы увидели в 2025 – в других странах попросту нет подобных возможностей для «работы», связанной с обходом западных ограничений. Например, мой источник в банковском секторе Казахстана заявил, что после случайного платежа, связанного с санкционной номенклатурой товаров, один из казахстанских банков чуть не лишился корреспондентского счета. Почему я считаю Кыргызстан наиболее, а Казахстан наименее вероятными кандидатами – сентябрьский пост.

Пока относительно конкретных имен спекулировать слишком рано, но я склонен считать, что заметное для большинства физлиц расширение списка практически исключено. Впрочем, реальность имеет свойство преподносить нам свои сюрпризы.

@golimitIess