Политзаключенный Дмитрий Иванов рассказывает о «тюремной экономике»: как ФСИН наживается на узниках во время войны.

Привет, это Дима. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих, а оплата содержания осужденных в тюрьмах и колониях – обязанность самих осужденных. Такой позиции российская уголовно-исполнительная система придерживалась всегда: в соответствии со ст.107 УИК РФ, «из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию». Из-за этого до осужденного доходит только четверть зарплаты, а три четверти колония платит сама себе. Но что такое зарплата зэка? Забери ее хоть целиком, существенно ей бюджет не пополнить. Поэтому в прошлом году в УИК были внесены поправки, приравнивающие денежные переводы на лицевой счет осужденного к «иным доходам». На практике новая норма начала действовать не сразу, а постепенно расползалась по тюрьмам и лагерям и под конец весны добралась до Тамбовской области.

Очередь в магазин, или, как принято тут говорить, на отоварку, традиционно была местом встреч. Несмотря на цены, завышенные чуть ли не вдвое, толпиться перед ларьком в ожидании своей очереди можно было часами, увидев за это время половину лагеря и обменявшись всеми сплетнями и новостями. Именно так два года назад я встретил политзаключенного Виталия Кольцова: помню, как он прочел мое имя на бирке и поинтересовался, не тот ли самый я Дмитрий Иванов, о котором писали все приличные газеты.

Поправки в УИК в определенной степени решили проблему очередей – теперь они выстраиваются перед ларьком только в конце месяца, в первые дни после начисления зарплаты.

«Эксперименты с отоваркой окончены», – констатировал один мой коллега, ежемесячно тративший там круглую сумму. Ведь теперь из 10 тысяч, отправленных на лицевой счет, до осужденного дойдут только 2500, а 75% будет списано в счет его содержания.

Кстати, а сколько вообще стоит содержание осужденного в колонии? Ведь из наших зарплат уже производятся вычеты. Очевидно, этого не хватает, но из какой суммы сверх зарплаты колония будет списывать 75%? Теоретического ответа на этот вопрос нет, а проверять на практике за свой счет желающих не нашлось. Дело в том, что никакого официального документа, устанавливающего стоимость содержания осужденного, нет, по крайней мере в публичном доступе, а комментарии официальных вроде бы лиц отличаются друг от друга в разы и основаны непонятно на чем. Более близкую к реальности сумму, порядка 15 тысяч рублей в месяц, опубликовала в 2019 году УФСИН Москвы, а в недавнем интервью начальник ГУФСИН по Красноярскому краю озвучил фантастические 86 тысяч в месяц. Бухгалтерия каждой отдельно взятой колонии вряд ли станет вникать в эти цифры в поисках истины – гораздо проще и приятнее забирать ¾ от всех поступающих на счета средств.

Здесь можно было бы оговориться, что ассортимент в тюремных ларьках все равно скудный, а цены завышенные, поэтому мы теряем не так много – как говорится, не очень-то и хотелось. Лично я действительно отказался от переводов на лицевой счет довольно давно и нашел способы тратить с большей выгодой, но тут все очень индивидуально и отличается от одного учреждения к другому. Учитывая лимиты на посылки и передачки (один раз в два месяца на общем режиме), для многих заключенных новые вычеты могут обернуться снижением и без того невысокого уровня жизни.

12.06.2026. Тамбовская обл., п. Зеленый. Дима