Чем больше науки, тем ее меньше — парадоксальный вывод из свежего PNAS. Авторы статьи Замедление канонического прогресса в крупных областях науки отследили 1,8 млрд цитирований в 90 млн публикаций по 241 тематике, и оказалось, что разрастание научной области консервирует канонические идеи. Чем больше ученых вовлечено в работу, чем чаще они публикуются, тем труднее новым взглядам быть замеченными. Все как в жизни: деньги к деньгам, цитируемых цитируют. И этот эффект тем сильнее, чем больше масса статей.

Авторы поясняют: «когда ежегодный вал публикаций становится очень большим, то бурный поток новых статей толкает ученых к уже хорошо цитируемым работам и ограничивает их внимание к менее известным статьям — даже тем, что содержат новые, полезные и потенциально трансформирующие идеи. Вместо того, чтобы ускорять смену парадигм, лавина новых публикаций лишь укрепляет наиболее цитируемые статьи».

Эта картина получена из статистики. Очевидно, что наука и прогресс не сводятся к цитированиям, но на больших масштабах видна важная закономерность. Авторы резюмируют: научная деятельность, основанная на количественных показателях, может, по иронии судьбы, тормозить фундаментальный прогресс. Причем, «этот пагубный эффект будет усиливаться по мере того, как ежегодная масса статей в каждой области продолжит расти, что почти неизбежно, учитывая сложившийся порядок, побуждающий ученых к наращиванию публикаций».

Проблема давно на виду, как ее решать, толком не ясно. На ту же тему больше 40 лет назад в лихой манере высказался классик биохимии Эрвин Чаргафф в своем эссе “Белибердинское столпотворение”. Сейчас ситуация лишь усугубилась — думаю, глядя на все это, старина Чаргафф вообще бы не выбирал выражений. )