⤵️
Надеюсь, что это просто боязнь людей потерять новый и хорошо сделанный памятник. Но если кто-то серьёзно думает о сносе, я хочу обратить внимание: уничтожение этого мемориала будет отмечено на карте борьбы аттракторов, которую мы каждый месяц возобновляем, и это станет существенным штрафом для России, причём самострелом.
▪️Вторая смешная и негативная новость. В Курской области мы не смогли заправиться. Там ввели правило: машины с чётным номером заправляются только в чётные дни, с нечётным – только в нечётные. Чем помогает это правило, не совсем понятно. В 1990-е годы его пытались ввести в Нидерландах для борьбы с пробками – пусть в чётные дни выезжают только машины с чётными номерами и наоборот. На пробки это не повлияло. Но здесь интересно: штаб по чрезвычайным ситуациям в Курской области взял за основу чуждый нам паттерн, он бессмыслен и ничего не меняет. Заправить машину нельзя, но можно налить 20 литров в канистру и перелить в бак – зачем это переливание, не понимают даже сотрудники заправок. И, как выяснилось, если ты курянин – а куряне, по их словам, люди неуступчивые, резкие, умеют продавливать своё мнение – и устроишь большой скандал, то всё равно заправят. Правило ввели 15 июля, когда острота кризиса миновала, а сейчас говорят об отмене ограничений, потому что бензина достаточно. Это смешно, но больше всего не понравилось другое: Курская область – приграничный регион, находящийся в условиях войны, и когда решения принимаются так, возникает ощущение, что идея не решить ситуацию, а отчитаться: мы приняли меры. Это худшее, что есть в войне. Сама оппозиция курян чётко говорит: вместо того чтобы воевать, мы оформляем массу документов о том, что мы воюем и делаем это правильно. Война как набор отчётов, а не действий. Если говорить о русском культурном коде, у нас действительно есть тенденция вместо реальных действий скатываться в отчётность. Отчёты должны быть красивыми, чтобы комар носу не подточил, а что на самом деле происходит – никого не интересует. Это страшно и опасно, особенно на приграничных территориях, в зоне войны.
📍Пару слов скажу о наших планах, потому что на мероприятии в Курске мы пытались поговорить о культурном коде русского Приграничья, и о том, что мы увидели, какой у нас план по расчёту этого кода или кодов. Пока не совсем ясно, что именно мы увидим. Жители Курска считают, что Курск, Брянск и Белгород – три разных Приграничья. В Брянске я последнее время не был, но не возникло ощущения, что Курск и Белгород – разное Приграничье. Перед нами стоит задача типологии Приграничья. Понятно, что Приграничье Карелии и Ленобласти – это одно, а Брянск, Курск, Белгород и выход на новые территории плюс Краснодарский край – другое. Но полной теории Приграничья пока нет. Мы хотим начать эту работу с Курской области, посмотреть, как она распространится хотя бы на Белгородскую, где мы тоже были, а затем получить полную модель. Формально считается, что культурные коды территорий – это небольшие трансформации странового кода, но эти трансформации, будучи не очень большими, часто оказываются значимыми. Похоже, что для такой огромной страны, как Россия, придётся считать не один национальный культурный код, а то, как он преломляется на разных территориях с разным населением и условиями. Сейчас сформулирована важная точка зрения: приграничные территории имеют повышенную сложность из-за нахождения в зоне границы и взаимодействия с другими культурами. А в военном случае, о котором мы говорим, вся западная граница – военная зона. Возможно, стоит рассматривать приграничные территории как содержащие в нашем языке брешь. Это кажется чрезвычайно значимым. Первые расчёты по Пиграничью будут сделаны в августе, и дальше мы, наверное, возьмём на себя эту работу, имея в виду как коды территорий, так и коды отдельных городов.
▶️https://youtu.be/pVQ54J6sUjs
▶️https://rutube.ru/video/2dec4007635d1f33d8733c7a869ba709/
▶️https://vkvideo.ru/video-9685658_456241122