Правительство Ленобласти: «требования к осуществлению увековечения памяти погибших при защите Отечества в определенной форме законодательством не установлены» — вашему ветерану сгодится и пластиковая табличка на заборе.

Краткая предыстория.

В 2025 году я обнаружил, что на мемориальных плитах братской могилы у разъезда Жарок Киришского района Ленинградской области, на месте гибели в 1942 году моего родственника Андрея Степановича Кочеткова отсутствует его имя. После обращения в районную администрацию мне пообещали добавить его к 9 мая 2026 года.

Весной 2026 года имя Кочеткова на мемориале действительно появилось — но не на гранитных плитах, а на небольшой пластиковой табличке в углу забора.

Я обратился в Минобороны России и правительство Ленинградской области. В обращении указал, что подобная форма увековечения памяти погибших военнослужащих, на мой взгляд, не соответствует значимости их подвига и статусу воинского мемориала. Подчеркнул, что понимаю финансовые и организационные ограничения муниципалитетов, но вопросы памяти погибших защитников Отечества требуют единых достойных подходов.

Просил:
— рассмотреть возможность полноценного внесения имени Кочеткова и других восьми воинов с пластиковой таблички в состав основного мемориала;
— дать оценку практике размещения имен погибших на временных пластиковых конструкциях вне основной мемориальной композиции;
— сообщить, существуют ли программы по приведению воинских мемориалов и объектов увековечения памяти в надлежащее состояние.

На днях получил ответ от Комитета по молодежной политике (!) Ленинградской области — уполномоченного органа в сфере увековечения памяти погибших при защите Отечества. Переделывать ничего не будут, потому что, как следует из ответа, и так нормально:

«Требования к осуществлению увековечения памяти погибших при защите Отечества в определенной форме законодательством Российской Федерации, Ленинградской области не установлены.
Исходя из указанного, увековечение памяти красноармейца Кочеткова Андрея Степановича, 1901 года рождения, в форме нанесения сведений о нем на таблички братского захоронения в п. Жарок Кусинского сельского поселения Киришского муниципального района Ленинградской области является надлежащим».

При этом в ответе отдельно указано, что районным администрациям ежегодно выделяются субсидии на содержание и благоустройство воинских захоронений. Правда, информацию об объемах этих средств мне найти не удалось — возможно, их действительно хватает только на пластиковую табличку.

Печально, конечно, сталкиваться с таким отношением государства к ветеранам Великой Отечественной. Мне-то все понятно, но старшие родственники, доверчиво относящиеся к словам о «вечной славе» и «вечной памяти» из уст того же губернатора Дрозденко, тяжело воспринимают такие ответы.

Ждём реакции Минобороны.