За последнее время отмечаю две тенденции.
Психотерапия с появлением ИИ никому не стала нужна. Все массово отписываются от психологических пабликов. Причина — чувство тошноты от универсального словаря: всех этих «инсайтов», «мне откликается», ярлыков типа «абъюзер» или ёмкого «это токсичные отношения».

Доктор философских наук и социолог Ева Иллоуз почти 20 лет назад описывала этот механизм капитализации психотерапии в работе «Спасение современной души»:

«Терапевтический дискурс сам по себе уже стал набором готовых форм, через которые описывается современность».

Терапевтический язык размывает социальные связи и легитимизирует нарциссическую, упрощённую идентичность. В российском пространстве это усиливается отсутствием законодательной базы и слабостью профессиональной этики – у самой традиции просто не было времени для полноценного становления. В результате психотерапия не вырастает в субъектную практику: происходит перекос в сторону объективизации отношений.

В таких условиях гораздо проще пользоваться чатом ИИ для решения внеклинических бытовых вопросов.

Интимность при этом становится новой нормой, социальной формой и объектом романтического воображения.

Но эмоции и способы их описания не являются чисто индивидуальными. Они задаются культурно, регулируются социально и распределяются по нормам — об этом пишет Барбара Розенвейн, вводя понятие эмоциональных сообществ.

«Еще никогда мы не были свободнее.
Еще никогда мы не были бессильнее.»

Полина Аронсон «Любовь: сделай сам. Как мы стали менеджерами своих чувств»

Сегодняшний социум находится в иллюзии свободы чувствовать, но по факту мы действуем внутри культурных сценариев и социальных норм.

Это и рождает массовую усталость и то самое сартровское чувство тошноты. Но если выйти из этой рамки и посмотреть на эмоции как на социальный конструкт, появляется иная оптика.

У Полины Аронсон, одной из ключевых фигур в исследовании эмоций в русской культуре, сейчас в «Поле» запускается лаборатория по социологии эмоций.

Её работы во многом задали рамку исследования в этой области — по эффекту сопоставимую с тем, что Барбара Розенвейн сделала для истории эмоций.

Начать можно с отдельной лекции.

#МастерскаяТрешБарокко

***

Работа афроамериканского художника и скульптора Томаса Блэкшира «Интимность» (2015)