Весной 335 г. до н.э. поход Александра против трибаллов и живших за Дунаем гетов позволил не только установить мир на севере, но и вернуть скифскую добычу, потерянную Филиппом четырьмя годами ранее. Посольство кельтов в македонский лагерь выбрало прагматичный нейтралитет: стороны предпочли не вступать в конфликт. Слух о гибели Александра на севере спровоцировал восстание в Фивах в сентябре 335 г. до н.э., реакцией на которое стал форсированный марш и полное разрушение города. Фивы карались за святотатство — нарушение клятв Коринфского союза, освящавших войну против персов. Избирательность насилия — сохранение дома Пиндара и пощада проксенов — подчёркивала обоснованность террора. Город был разграблен, а население продано в рабство, но этим Александр и ограничился: погром сочувствовавших Фивам полисов сделал бы святотатцем уже самого царя. Афинам, решившим поддержать мятеж, но чей флот был необходим для обеспечения азиатской кампании, был предложен мягкий сценарий: изгнание Харидема, с которым воевал ещё Филипп. Изгнанный Харидем ушёл на службу к Дарию, став одним из последних греческих полководцев такого ранга на службе Ахеменидов.

Тем временем почти завершённый процесс восстановления империи Дарием по стандартной ахеменидской схеме — сперва центр и внутренние очаги, затем Египет и только потом Запад — откровенно забуксовал. Не последней причиной этого было очевидное недоверие Ахеменидов к Артабазу II Фарнакиду, бывшему сатрапу Геллеспонтской Фригии, внуку Артаксеркса II и потомку родного дяди Дария I. Опасения в его адрес имели под собой веские основания: после провала мятежа против Артаксеркса III Артабаз провёл в Македонии вместе со всей семьёй, включая своих шурьёв, Ментора и Мемнона, около десяти лет в качестве почётного гостя Филиппа II. Это единственный известный в истории Ахеменидов случай столь длительной эмиграции высшего аристократа за пределы империи. Артабаз был проксеном Филиппа и не мог не видеть воочию возможности македонской армии, либо не знать Александра. Известно, что на его дочь Барсину Александр обратил внимание уже тогда. По возвращении Артабаз стал весьма близким доверенным лицом сначала Артаксеркса III, а позже Дария III, однако наследственную сатрапию ему так и не вернули. Вероятно, авторитет мятежного Фарнакида, его связи и долгая жизнь в Пелле заставляли полагать, что в случае возможного восстания он мог рассчитывать уже не только на персидскую знать и греческих наёмников, но и на войско македонского царя — а персы хорошо помнили анабасис 10000. Устранить Артабаза, видимо, опасались по той же причине: македонцы могли заступиться за проксена.

Страх возможного сговора Артабаза с Александром за спиной Царя Царей вполне мог перевесить любую стратегическую выгоду. Отсутствие на совете сатрапов в Зелее Артабаза как единственного человека, способного консолидировать своим авторитетом все ресурсы Малой Азии для её обороны и уже тем самым опасного для центральной власти, стало финальной точкой деградации имперского управления на Западе. Отказ Арсита от тактики выжженной земли, предложенной Мемноном, диктовался логикой назначенцев больше, чем заботой о сатрапиях: в условиях идущего вторжения и отсутствия помощи от Дария сатрапы защищали экономическую базу, без которой их власть теряла смысл. Взаимная подозрительность сатрапов и Мемнона на фоне отсутствия чётких указаний из столицы не позволяла сосредоточить командование в одних руках. В итоге оборона западного побережья Малой Азии была закономерно провалена людьми умными и лично преданными Царю Царей, но неспособными проявить инициативу.

Литература:
📚 P. Briant. From Cyrus to Alexander: A History of the Persian Empire.
📚 Э.В. Рунг. Греция и Ахеменидская держава: История дипломатических отношений в VI-IV вв. до н.э.
📚 М.А. Дандамаев. Политическая история Ахеменидской державы.
📚 W. Heckel. Who’s Who in the Age of Alexander the Great.
📚 E. Badian. Collected Papers on Alexander the Great.
📚 E.M. Anson. Philip II of Macedonia: Greater than Alexander.

#моё@cliomechanics
#МутныеВоды@cliomechanics
#cm_Античность
#cm_империи

Механика истории — подписаться