Вокруг «опыта» сложился ореол неприкосновенности. Хотя сам по себе он не дает права быть правым.

В текущих реалиях он палка о двух концах. Опыт редко дает знание, чаще – уверенность в том, что когда-то сработало. Контекст и время, при этом, остаются за скобками, хотя решают, к чему прибегнуть, именно они.

Юм разобрал эту механику еще в восемнадцатом веке. Из того, что раньше всегда было так, логически не следует, что так будет впредь. Основание нашей уверенности – не разум, а привычка.

Поэтому опыт, который не подвергают сомнению, довольно быстро превращается из преимущества в ограничение.

Я много раз повторял расхожее: «выживает не самый сильный, а самый восприимчивый к переменам». Адаптивность, а речь именно о ней, это способность меняться и пересматривать, в том числе, и собственные решения. И, при желании, ее можно развить.

Я стараюсь регулярно работать с людьми другого поколения. Просить у них обратную связь и оставлять за командой право со мной не соглашаться – что дается, признаюсь, не всегда легко. Всё это помогает проверять свои гипотезы раньше, чем окажется слишком поздно.

Рядом с адаптивностью всегда стоят любопытство, голод до нового и, простите за растиражированный коучами термин, – проактивность.

Игнорировать опыт я, разумеется, не предлагаю. Скорее, не забывать время от времени перепрошивать себя через непрерывное обучение. И уметь работать с обратной связью. Это отдельное искусство.

Небольшое наблюдение из прошлого: как-то я случайно услышал обрывок телефонного разговора одного генерала: «Будьте готовы к получению любых вводных». Пожалуй, лучшее определение адаптивности, что я встречал.