Швейцария значительно увеличила объем замороженных российских активов, что стало следствием присоединения к санкциям Евросоюза против России.

На пресс-конференции 1 апреля 2025 года Государственный секретариат по экономическим вопросам Швейцарии (SECO) сообщил, что общая сумма замороженных российских активов достигла 7.4 млрд швейцарских франков ($8.4 млрд), что на 28% больше, чем год назад. Кроме того, активы ЦБ России, замороженные Берном, достигли 7.45 млрд франков, увеличившись на 3.5% за год. Швейцария приняла 15 из 16 санкционных пакетов ЕС, направленных против 1859 физических лиц и 541 юрлица, связанных с РФ. SECO также активно борется с нарушениями санкций: зарегистрировано более 600 подозрительных случаев, из которых 68 привели к штрафным процедурам, а 24 завершились окончательными приговорами.

Ранее эти решения вызвали критику со стороны правых политиков в Швейцарии, которые считают, что участие в санкциях подрывает экономическую конкурентоспособность страны. При этом европейские лидеры, такие как премьер-министр Великобритании и президент Финляндии, на встрече в Париже 27 марта подтвердили, что снимать санкции с России не собираются. Они подчеркнули необходимость дальнейшего давления на Москву и уже работают над новым пакетом мер, что ставит Европу в оппозицию к США, где президент Дональд Трамп стремится к быстрому урегулированию конфликта.

Европа опасается идти на конфискацию замороженных российских активов на сумму около $300 млрд, поскольку это может подорвать доверие к евро как резервной валюте. Президент ЕЦБ Кристин Лагард предупредила, что такие действия могут отпугнуть инвесторов, особенно на фоне снижения доли евро в мировых резервах (с 26% в 2010 году до 20% в 2023 году). Швейцария и ЕС оказались в непростой ситуации: конфискация также может нарушить правовые нормы, что ставит их перед сложным выбором. С одной стороны, они стремятся поддержать Киев и усилить давление на Россию через санкции. С другой — боятся экономических последствий своих действий. Для Швейцарии участие в санкциях угрожает ее традиционному статусу нейтрального финансового центра, что может отпугнуть международных инвесторов.