18 мая 1944 года рано утром началась одна из самых трагичных страниц в истории крымских мусульман. Тысячи семей были насильно высланы с родной земли без права на возвращение, будучи несправедливо обвиненными в коллективном сотрудничестве с нацистами во время Второй Мировой войны.

Более 190 тысяч человек было изгнано из дома за считанные минуты и депортировано в переполненных товарных вагонах без достатка воды, еды и медицинской помощи в Узбекистан, Казахстан и некоторые районы Сибири и Урала.

По разным оценкам, от 20% до 46% крымских татар погибли в пути и в первые годы ссылки – от голода, болезней и тяжёлых условий жизни. Это составляет от 30 до 100 тысяч человек. В это число входят и те, кто оказался особенно уязвимым во время массового голода в СССР в 1946-1947 гг, живя в бедствующих поселениях полных эпидемий и тяжкого физического труда. Эти геноцидальные меры имели катастрофические последствия для демографии Крыма, где коренное крымско-татарское население составляло более 20% полуострова. Освободившиеся дома и земли заселялись переселенцами из других регионов СССР – в основном русскими, украинцами и белорусами. Это коренным образом изменило этнический состав Крыма. Были переименованы крымскотатарские топонимы (села, горы, реки), уничтожены памятники, мечети, кладбища. Крымская татарская культура была фактически вытеснена из публичного пространства. Крымские татары получили право вернуться только в конце 1980-х годов. Но за десятилетия ссылки они утратили жильё, имущество, права, а при возвращении сталкивались с дискриминацией, отсутствием гражданства и земли.

Публикуем некоторые воспоминания жертв данной трагедии:

Рано утром в наш дом ворвались советские солдаты и закричали: «Собирайтесь! Вы — предатели, вас выселяют!» Куда? Почему? Мы были в замешательстве и испуганы, не понимая, что происходит. Маленькие дети — Урмус, Ление, Сейтджели и Сундус — начали плакать. Первым делом я схватила Коран, потом сковородку и джезве. Когда нас вывели на улицу, все вокруг плакали и кричали,

— вспоминала Усние Чолпан утро 18 мая 1944 года, когда началась депортация, захватившая её и её семью. Её бабушка, дедушка и один из детей не пережили это ужасное и долгое путешествие.

18 мая 1944 года в 4 часа утра в дом вошли вооруженные солдаты и сказали: «Выходите, возьмите с собой еду на три дня. Потом вернетесь». Времени на сборы не дали. Мы, сонные, не могли понять, что происходит. Успели только одеться и взять кое-что из продуктов. А какие продукты могут быть в только что освобожденном от фашистов деревне? Под конвоем трех солдат мы пришли на центральную площадь. Там собрали всех жителей — крымских татар и продержали весь день до прихода машин. Загрузили в грузовые машины, сесть мест не было, ехали стоя. Вагоны были набиты людьми. Ни о какой воде или туалете не было и речи. Не помню, чтобы нас в пути кормили. На остановках все люди бежали в поисках воды и туалета. Медицинского обслуживания не было. Умерших выбрасывали из вагона.
В пути были 18 суток. Привезли нас на станцию Массальский Ферганской области Узбекистана. После приезда через неделю умерла мама, в пути она упала и сильно ударилась головой, постоянно жаловалась на головную боль. Ей было всего 35 лет. Отец умер через полгода от голода. Если находил еду, отдавал нам с сестрой, сам ничего не ел.

– вспоминал Осман Кадыралиев из села Тувак Алуштинского района.

Через 18 суток нас привезли на станцию Каттакурган Самаркандской области. Разместили нас в грязные, без окон и дверей, кибитки. В одну комнату — по 2−3 семьи.
Раз в неделю из райцентра привозили паек — чуть больше одного килограмма муки на одного человека за неделю работы. Работали без выходных по 19 часов в сутки. Проработал так 9 лет, работали как рабы, да мы и были ими на чужой земле. Если один день не вышел на работу или опоздал — приезжал участковый из района, бригадир на коне, выгоняли вперед и избивали плеткой всю дорогу до работы.

– Сеитмемет Ибрагимов из села Коз Судакского района.

Фатиха.

@occidentalist