Жизнь мусульман Туркестана при династии Ляо

Для Джузджани, писавшего через столетие после появления каракитаев, их приход означал «первое нашествие тюрок»; он рассматривал это как предвестие монгольского нашествия. В отличие от тюркских династий, плативших им дань, и несмотря на то, что большинство их подданных были мусульманами, правящая элита каракитаев не приняла ислам. Профессор Беран объясняет это их китайской ориентацией и стремлением вернуть часть владений Ляо. В состав державы гур-хана входили и немусульманские элементы, например уйгурское княжество Бешбалык.

Административная структура империи представляла собой смесь киданских и китайских традиций; монеты чеканились по китайскому образцу. Хотя каракитаи оставались «неверными», их владычество сначала налагало на мусульман сравнительно лёгкие тяготы. Ибн аль-Асир отмечал, что после захвата города население не испытывало перемен, а в Бухаре они не занимались грабежами.

Гур-ханы держали управление ядровыми землями отдельно от вассальных князей; назначенные «шахны» почти не вмешивались, а в Хорезме их вовсе не было. Поэтому, по мнению Беран, жители могли и не почувствовать, что оказались под властью «неверных». Мусульманская культура продолжала процветать в Трансоксании и Туркестане, не пострадало и духовенство. Низами-и Арузи, Ибн аль-Асир и Джузджани свидетельствуют о справедливом правлении первых гур-ханов.

Правда, после победы при Катване Даши приказал казнить имама Хусама ад-Дина. Однако источники показывают, что это было связано с внутрисемейным конфликтом династии Аль-и Бурхан. Доверие каракитаев к бухарским вельможам подчёркивает преемственность с эпохой караханидов: к XIII веку садр-и джахан лично доставлял ежегодную дань в ставку гур-хана.

Ходили слухи, что последний гур-хан тайно принял ислам, хотя подтверждений этому нет. На деле религиозная политика отражала плюрализм степной державы: каракитаи, вероятно, исповедовали буддизм, смешанный с шаманизмом, но покровительствовали святым людям всех конфессий — мусульманам, христианам-несторианам и буддистам. Лишь в 1170-х, когда найманы отвергли их власть и дань уменьшилась, гур-ханы стали предъявлять более тяжёлые требования. После возвышения монголов и прихода Кучлука (ок. 1211) режим стремительно деградировал, начав репрессии против мусульманского духовенства.

Источник: Peter Jackson «The Mongols and the Islamic World»