Будучи студентом истфака, слушая лекции по археологии, а затем участвуя в раскопках, больше всего я сожалел о том, сколько ценных памятников истории было утеряно. Тогда, конечно, не предполагал, что в будущем появится возможность стать автором законопроекта по охране объектов историко-культурного наследия.

Проблема утраты памятников истории остается актуальной и сегодня. Поэтому, когда Глава государства на заседании Курултая поставил задачу по сохранению объектов культурного наследия, мы приняли решение инициировать специальный законопроект в рамках поручения Президента.

Провели десятки встреч с учеными и экспертами. В результате получился содержательный и выверенный документ. Перед Новым годом Глава государства подписал закон, и вот его ключевые новеллы.

1. Лицензирование.
Введены новые виды лицензий, установлены сроки их действия, усилены требования к получению. Ранее существовала одна бессрочная лицензия на разные виды археологических и реставрационных работ. Это приводило к тому, что заказы получали организации без достаточных компетенций. Теперь лицензии разделены на археологические и научно-реставрационные, выдаются на 5 лет, с обязательным наличием в штате ученых со степенью и стажем. При нарушениях лицензия может быть приостановлена или отозвана.

2. Земельный вопрос и превентивная археология.
Ранее земельные участки выделялись без должной экспертизы, и уже потом выяснялось, что на них находятся курганы. Введены нормы, закрывающие существующие лазейки.

3. Полный запрет на «черный поиск» (металлоискатели).
Мы поставили точку в спорах о так называемом «любительском» поиске. Использование металлоискателей и другой поисковой техники на этих территориях допускается только при наличии лицензии на проведение археологических работ.

4. Судьба находок: где и как хранить?
Музеи переполнены, а уникальные артефакты нередко оседают в частных коллекциях или теряются. Мы разделили находки на «индивидуальные» (музейные ценности) и «массовые». Первые передаются в музеи, а для «массового» материала, который также важен для науки, но не всегда востребован музеями как экспонат, создается специальный Национальный депозитарий.

Частные коллекции.
Теперь в Государственный музейный фонд (каталог) будут включаться сведения и о ценностях, находящихся у частных лиц. Государство должно знать, какими ценностями обладает страна, даже если они находятся в частных коллекциях.

5. Цифровизация.
Вводится Единая автоматизированная информационная система по археологии. Что это даст? В ней будет сосредоточена вся необходимая информация, которой до сих пор нигде не существовало в одном месте: реестр археологов, отчеты по каждой раскопке, сведения о находках, данные музейного фонда, границы охранных зон и т.д. Это исключит «двойную бухгалтерию» в археологии и потерю данных, отчетов и находок.

6. Защита от «самовольного благоустройства».
Есть факты, когда памятники (особенно сакральные) повреждаются порой смотрителями, которые, пытаясь «подремонтировать» объект или что-то построить рядом, наносят ему вред. Теперь закон содержит новые нормы.

Кроме того, охранные зоны теперь устанавливаются и для всех вновь выявленных объектов в ходе раскопок- без ожидания завершения длительных бюрократических процедур. С момента обнаружения такой объект автоматически получает охранный статус как памятник археологии.

7. Национальная археологическая служба. Да, вокруг ее создания было много споров, но мы настояли на необходимости этой структуры. Ее статус и функционал теперь четко закреплены в законе. Именно эта служба будет осуществлять мониторинг раскопок, анализировать отчеты и обеспечивать научную экспертизу, чтобы исключить хаос на рынке археологических услуг.

В законе есть и другие важные нормы. Главное, что закон является не косметическим ремонтом, а целостной системой защиты нашей истории.

Посещая родной факультет и встречаясь с профессорами, читавшими нам археологию, сказал, что лекции, услышанные еще в студенческие годы, нашли свое продолжение в нормах принятого закона. В этом смысле они тоже его соавторы.