Удивительно: но впервые Россия вне «образа будущего»; она просто есть и ее нет в представлении будущего.

Вот этот парадокс должен максимально встряхнуть российские элиты и общество: он означает, что ряд геополитических игроков считает возможным добиться такого развития событий, при котором нынешней России в будущем не будет. И, самое неприятное, что при определенных условиях, пусть они и являются крайне маловероятными, этот сценарий вполне могут попытаться реализовать.
 
Но, на наш взгляд, ув. коллеги ВРЕМЯ ПУТИНА несколько упрощают генезис нынешнего правящего режима, что делает выводы и прогнозы не слишком релевантными:

После роста нефтегазовой ренты и оформления авторитарной системы в России Запад начал выстраивать с Кремлем модель контрактно-коррупционных связей, авторами доктрины которой стали Берлускони, Саркози и Меркель. Сырьевые контракты и допуск в корпоративный мир Запада русского прогосударственного олигархата должны были стать обменом на политическую предсказуемость и лояльность Кремля Западу.

«Модель контрактно-коррупционных связей» отечественные элиты начали внедрять еще в советские времена, более того, практически на пике СССР – ее полноценно запустила пресловутая сделка «Газ в обмен на трубы» 70-х, основы которой нарабатывались еще с конца 50-х.
Пресловутое «Золото партии» помните? Вот это фундамент той самой модели.

Европейские элиты были почти тотально коррумпированы Москвой, что эффективно обеспечивало ее геополитические и экономические интересы, зачастую в ущерб интересам Брюсселя и Вашингтона.
Во многом, под влиянием этой системы, Европа очень долго, вплоть до февраля 2022 года сохраняла лояльность Москве, жестко ограничивая аппетиты Киева в евроатлантической интеграции. «Блок» Меркель на вступление Украины в НАТО помните? Это тоже прямое следствие существования этой системы, как и совместное продвижение концепции «Европа от Лиссабона до Владивостока».
Европа даже позволяла европейскому ВПК обеспечивать поставки высокотехнологической продукции в интересах российской армии, пусть и через «прокладки».
 
Но крайняя жесткость политики Кремля в конце 2021 – начале 2022 года и начало СВО встряхнули Европу и испугали ее элиты:

Российская угроза в образе агрессора 2022 года создала идеальные условия для переформатирования Евросоюза из инновационно-финансового союза в военно-политическую структуру с утратой мировой гегемонии и переходом к региональному статусу. Америка погрузилась в собственный бульон континентальности.

Поэтому возврата к старой модели больше не будет.
При этом, для правильного «лечения», «диагноз» должен быть поставлен правильный:

В этой концепции отсутствовали требования к развитию гражданского общества, независимых судебных институтов и финансовой самодостаточности России. Зато присутствовал запрос на спекулятивный и криминальный капитал, олигархическую систему, коррупцию и значительную роль спецслужб.

На самом деле, гораздо больше, чем Запад, в таком положении дел были заинтересованы отечественные элиты, заинтересованные в быстром и беспроблемном переделе колоссальных объемов «социалистической собственности» и сильные лояльные спецслужбы были нужны для обеспечения такого непростого и опасного процесса.
Но все пошло по несколько иному плану, а 24 февраля стало «точкой невозврата» для всех предыдущих сценариев.

И самое неприятное заключается в том, что реальных сценариев восстановления российско-европейского симбиоза без решительной победы Москвы в СВО не просматривается. В таких условиях Запад реально может предложить России в качестве образа будущего лишь такие варианты:

Первая модель — резервация: сдвиг России на периферию мировой политики и превращение ее в зону тактических союзов. Фактически это сдвиг России в сторону Китая. «Холодные земли» -это еще и разрушение мечты о Европе от Атлантики до Тихого океана.

Вторая модель — искусственный распад России (деколонизация) и превращение всего российского пространства в территорию лимитрофных государств. С чередой постоянных конфликтов, войн и проблемной турбулентности. Абсолютно непредсказуемый сценарий.

Третья модель — все та же ставка на поставторитаризм. Практически это все та же доктрина Меркель: заменить авторитарного Путина на авторитарного Навального в формате «Лукашенко 2.0». Силовики — forever, прусский стиль управления при мудрых советах немецких демиургов. Правда, усугубленная контрибуциями и репарациями, и буквально версальской системой мира.

Но ни один из них не учитывает интересы России.
Более того, они могут быть реализованы лишь на руинах той России, которую мы знаем.
 
Неужели уже накопилась критическая масса игроков внутри страны, которые заинтересованы в реализации какого-то из этих сценариев?