Как русский разведчик ухватил за бороду Карла Маркса

Часть II
Часть I

В 1864 г. Балашевич переехал в Лондон, куда стекались самые опасные и радикальные эмигранты, которых не могло больше терпеть французское правительство. Там обосновались и деятели Первого Интернационала во главе с Карлом Марксом, которые тесно сотрудничали с поляками.
В Лондоне Балашевич открыл антикварную лавку близ Британского музея, пользовавшуюся успехом. Среди его клиентов был даже второй сын королевы Виктории - принц Альфред, герцог Эдинбургский, женившийся на дочери Александра II великой княжне Марии Александровне. Наличие процветающего антикварного бизнеса обеспечивало "графу" финансовую автономию.

"Потоцкий" удачно сменил имидж повстанца на амплуа щедрого мецената, покровительствующего землякам на чужбине. В январе 1867 г. он основал организацию "Общества взаимопомощи", которое выступало "за христианскую помощь ближнему", осуждало аморальное поведение и помогало с работой обнищавшим.
В 1871 г., воспользовавшись отъездом радикалов для участия в Парижской коммуне, Балашевич сумел получить контроль уже над всей британской ветвью польской эмиграции, в которой было около 500 человек. 19 февраля 1871 г. его избрали председателем Постоянного комитета польской эмиграции в Великобритании и Ирландии.

Возглавив британскую польскую колонию, Балашевич поставил задачу ее очищения от "коммунистов" и "демократов" и поддержания в ней жесткой дисциплины. 22 июня 1871 г. "Потоцкий" заявил, что будет держать эмиграцию "на коротком поводке" и потребовал от нее "военного послушания без возражений". Недовольных без особых церемоний выставляли за двери зала заседаний.
Его главной целью было недопущение объединения польских радикалов с Первым Интернационалом.

При этом "Потоцкий" поддерживал в Лондоне дружеские и деловые отношения с Карлом Марксом и даже выполнял его поручения. Так, например, 17 июля 1872 г. Маркс вместе с Валерием Врублевским, польским генералом Парижской коммуны, будучи в гостях у мнимого графа, провели с ним двухчасовую беседу. В итоге агенту доверили важную миссию - отправиться на переговоры по объединению британской польской эмиграции с французскими и швейцарскими секциями. Маркс и Врублевский мечтали организовать агентурную сеть в России, однако деятельностью российских "либералов", по словам Балашевича, были "весьма недовольны". Усомнившись в русских коллегах, они решили обратиться к знакомым с Россией полякам, прочно зарекомендовавшим себя в Европе XIX в. закоренелыми и непримеримыми русофобами.
Но чтобы эффективно помочь Интернационалу, эмиграции надо было сплотиться, а не заниматься внутренними разборками. Тут весьма кстати и подвернулся "Потоцкий". Уважаемый всеми польский граф-благотворитель своим авторитетом должен был бы поспособствовать "налаживанию мостов". К тому же Маркс и Врублевский очень обрадовались, что состоятельный антиквар, в отличие от типичных революционеров-скитальцев, сам мог оплатить все дорожные расходы.

Русский разведчик успешно саботировал поручение Маркса. Приехав в Европу, "Потоцкий" в качестве условия объединения затребовал, чтобы все эмигранты платили взносы в его лондонский комитет, да еще и подчинялись его директивам. Местные предводители ожидаемо отказались идти на уступки, и проект Маркса благополучно провалился.
Тем не менее Маркс так ничего и не заподозрил и по-прежнему рассматривал сотрудника III отделения как ценного и влиятельного союзника и мецената, через которого можно поддерживать контакты с поляками.

Отношения классика марксизма и агента "реакционного царизма" продолжали крепнуть. В донесении от 6 октября 1872 г. Балашевич рапортовал в Петербург, что Маркс прислал ему утром свой портрет, а также бывает его постоянным гостем.
Разведчик даже составил словесное описание внешности Маркса, одно из первых в отечественной истории: "...роста среднего, 60 лет, у него седая борода и темные усы, корпулентный, нос мясистый, черты лица грубые".

Вездесущий в советскую эпоху образ Маркса тогда был эксклюзивом, доступным ограниченному числу лиц и представлявшим ценность для русской разведки.

Продолжение