#палестинаизраиль@IdeasSubtitled

«Как пытки в Израиле превратились из тайной практики в официально признанную политику?» – перевод очень важного интервью под таким заголовком опубликовали на «Точке встречи».

Интервью справедливо затронуло моральный вопрос:

Если общество согласно с этим насилием, то что это говорит о таком обществе?

Но есть и другой вопрос, лишь косвенно прозвучавший в интервью:

А над кем в действительности совершается это насилие?

«Ну как над кем? Над террористами!» – дружно и по команде (шучу... на самом деле, по зову сердца!) воскликнут адвокаты Израиля. И бог бы с ними. Да только вот не они одни воскликнут. Этот важный Рубикон очень сложно перейти даже израильтянам, искренне считающим себя людьми либеральных (а то и – не при нас будет сказано – левых) взглядов.

Я уже писал раньше, что ярлык террориста – это лицензия на полное отключение эмпатии, на тотальную дегуманизацию, на приостановку всех моральных, юридических и человеческих норм в отношении «помеченного» индивидуума. Иными словами, это официальное разрешение быть садистом. Если не своими руками, так хоть в мыслях.

Но в этом вопросе скрывается «ловушка гуманиста». С одной стороны, я глубоко убеждён, что в здоровом обществе такое насилие должно осуждаться независимо от того, против кого оно направлено. Поддержка этой дикости, и уж тем более активная (со свойственными адвокатам Израиля нотками гордости и дерзости) – это безусловно симптом глубокой болезни общества, и я полностью согласен с заключением из интервью:

В обществе, которое выбирает быть обществом пыток, такие вещи никогда не остаются в отведённых им границах.

Но если так, то получается, что заданный мной выше вопрос не имеет значения? Какая разница, над кем в действительности совершается это насилие? Да хоть над детьми самого Сатаны! В конце концов, мы гуманисты или кто?

Это ловушка. Несмотря на всё вышесказанное, снимать этот вопрос с повестки категорически нельзя. И как обычно, дело не в ястребах. Эта лазейка позволяет голубям вздохнуть и сказать: «Мы не ангелы, парень». Мол, конечно, мы понимаем в теории, что все божьи создания достойны человеческого отношения, но вот же дело-то какое... смотрим мы на этих кровожадных убийц... которые голыми руками... да с топорами... да прямо головы и груди срезали... да ещё и кричали восторженно... и вот они сидят прямо перед нами и требуют свежих пит в своих тюрьмах... и знаете что? Не смогли мы найти в своих сердечках сочувствия к этим ублюдкам! Не ангелы мы, но и мир жесток! [дальше к этой тираде добавляется что-то про «белопальтовых» гуманистов (читающих всем морали), про тяжёлые реалии Ближнего Востока, затем идёт вставка про западных левых (у которых совсем другая жизнь, и им не понять), ну и заканчивается всё чем-то уже совсем далёким от обсуждаемой темы].

И никто не протянет руку к мышке, не зайдёт на сайт израильской организации HaMoked, не посмотрит на график и не убедится при помощи калькулятора, что лишь ничтожно малая часть палестинцев в израильских тюрьмах (менее 15%) имеет хоть какой-то приговор суда (и совсем не обязательно за убийство!). Что половина и более не просто не имеет приговора суда, но не имеет даже и обвинения (то есть даже не в ожидании суда).

Но согласно общепринятому лексикону, все они – террористы. Таков общественный консенсус. Таков Рубикон. Перейти его – значит признать, что Израиль делает ЭТО не с кровожадными убийцами, дерзко смеющимися в ответ, словно антигерои голливудских фильмов. Ведь для палестинца, чтобы попасть в этот «санаторий» практически на неопределенный срок, достаточно, чтобы какой-нибудь полевой командир подумал, что он представляет какую-то угрозу. Или чтобы он сказал, что так подумал. Или не сказал вовсе, потому что никто его и не спрашивал.

(1/2)