Дело Максима Круглова. Заседание суда продолжится 3 июня 

В среду, 3 июня, Замоскворецкий суд Москвы продолжит рассмотрение уголовного дела зампреда «Яблока» Максима Круглова. Напомним, его обвиняют в распространении «фейков» о ВС РФ (ст. 207.3 УК) из-за постов в соцсетях; политик лишён свободы с 1 октября прошлого года. 

Процесс открытый – прийти на заседание 3 июня могут все желающие (для входа в суд потребуется паспорт). 

Заседания по делу Максима проходят в здании Перовского райсуда Москвы. 

Адрес суда: ул. Кусковская, д.8 (зал 301)

Начало заседания в 14 часов 30 минут

Хронология по делу:

22 апреля – первое заседание по существу – арест Круглова продлён на полгода; 

6 мая – второе заседание по существу – допрос свидетеля обвинения, политолога из ГБУ «Жилищник», 25-летнего Валерия Сомова (функционер «Единой России» заявил, что однажды гулял по Лубянке, когда к нему подошёл сотрудник ФСБ и спросил, знает ли тот Максима Круглова);  

20 мая – третье заседание суда по существу – свидетельница обвинения, волонтёрка «Единой России» 23-летняя Алина Матвеева рассказала о задании «произучать, как политики высказываются об СВО» и как затем написала на Круглова заявление. 

Фото: Максим Круглов в суде 20 мая 2026 года / пресс-служба партии

Поэтический привет от Максима Круглова из Мосгорсуда

Мне вновь уснуть не удалось,
Ложится полутьмой мороз.
Он как мелодия встречает.
Несбывшееся без конца
Встает у моего лица
И эту ночь опять венчает.
Мне будет сложно поутру,
Возможно, это я сотру
Или оставлю для свидания.
Хотя эпистолярный жанр…
А то, что по утру пожар,
Не стоит твоего внимания.
Дорога, как меридиан –
Не радуга. Тупой капкан
Сжимает сердце капилляром.
Дорога тот же океан…

20 мая Замоскворецкий суд Москвы продолжил рассматривать уголовное дело Максима Круглова. Поддержать Максима в суде приехали более 30 человек – в зале суда едва хватило места всем его соратникам по партии «Яблоко», родным, друзьям, журналистам и иностранным дипломатам.

В первую очередь суд допросил свидетеля со стороны защиты – маму Максима Круглова Елену Николаевну. В ходе допроса она охарактеризовала сына и рассказала о его работе, месте жительства до задержания и личных качествах: «Максим очень добрый человек, миролюбивый, миротворец по жизни». Она подчеркнула, что с детства её сын останавливал даже самые маленькие семейные ссоры и предлагал договариваться, чтобы продолжать жить в мире. «Для меня это всё ошибка какая-то», — призналась в конце допроса Елена Николаевна, глядя на сына за стеклом судебной камеры.

Следующим свидетелем – уже со стороны обвинения – суд вызвал Алину Матвееву. Она рассказала, что ей 23 года, она нигде не работает участвует в акциях «Молодой гвардии» «Единой России», неоднократно «ездила на новые территории» и в декабре 2025 года (Круглов на тот момент уже был арестован почти три месяца) получила учебное задание «произучать, как политики высказываются об СВО». Учебное заведение Алина Матвеева не назвала, а соответствующий вопрос защиты суд снял.

Уже в феврале 2026 года, во время прогулки в центре Москвы (как и в случае с первым свидетелем из ЕР, который случайно встретил в центре столицы сотрудника ФСБ) Алина Матвеева получила сведения от знакомого – по телефону – о том, что в отношении Круглова возбуждено уголовное дело. Затем она решила написать на Максима заявление в полицию. Кто именно сообщил свидетельнице о возбуждении дела, она не пояснила (суд снял уточняющий вопрос защиты).

Сразу после подачи заявления Алину Матвееву вызвал на допрос кто-то «главный» – она затруднилась пояснить суду, где именно проходил допрос, упоминая сначала УМВД, а затем СК, – и в конце заключила, что для неё «все, кто работает в силовых структурах – главные».

Следующее заседание состоится 3 июня. В процессе должны выступить те, кого ранее упоминал первый свидетель обвинения – единоросс Валерий Сомов.

Защиту Максима Круглова осуществляют адвокаты Наталия Тихонова и Сергей Бадамшин. Дело рассматривает судья Элина Бабаянц. Сторону обвинения представляет помощница прокурора ЦАО Юлия Гузняева.

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

20 и 21 мая в Москве состоятся судебные заседания по делу Максима Круглова. Политик лишён свободы с 1 октября прошлого года, его преследуют за публикации в соцсетях. Свидетелем по делу уже выступил политолог из ГБУ «Жилищник» (который, по данным СМИ, является функционером «Единой России»). 

20 мая (в среду) Замоскворецкий районный суд Москвы продолжит рассмотрение материалов дела по существу. 

Заседание назначено на 14.30

Будьте внимательны: заседание пройдёт в здании Перовского районного суда Москвы. 

Адрес суда: ул. Кусковская, д.8 (зал 301) 

21 мая (в четверг) в Мосгорсуде в 12.00 состоится рассмотрение апелляционных жалоб защиты на арест Максима Круглова.

Адрес суда: ул. Богородский Вал, д.8 (зал 325)

Оба заседания открыты, прийти может любой желающий. Для прохода в суды понадобится паспорт.

Фото: Дарья Корнилова

Камерная библиотека. Часть 5

Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4

Конечно, в тюрьме много Достоевского. Не так давно, стоя в общей сборке, поучаствовал в литературоведческой беседе мужчин о женах Достоевского и технической роли второй жены Анны в произведениях писателя.

Конечно, любой арестант неизбежно перечитывает «Преступление и наказание» – не думаю, что необходимо пояснять причину. Реже встретишь знание о таком произведении гения, как «Записки из Мертвого дома». А ведь его тематика еще ближе к арестантскому сознанию.

«Записки» – это художественно переработанные каторжные записи автора, пережившего вынесение смертного приговора, определенного за участие в кружке петрашевцев, в котором вслух читалось и обсуждалось либеральное письмо Белинского Гоголю. Смертный приговор был заменен в самый последний момент, уже перед казнью, каторгой. Несколько лет писатель проведет в кандалах, и вновь окажется в Петербурге благодаря смене царей – новый государь Александр II объявит амнистию.

В «Записках» Достоевский без каких-либо компромиссов и тормозов погружается в сознание арестанта. Что сегодня, что 150 лет назад: исторические циклы схожи, окружающее знакомо, а герои его текста - да вот же они стоят, курят на «локалке».

Объемная книга Кристофера Кларка «Сомнамбулы», или в буквальном переводе «Лунатики», о том, как просвещенная Европа пришла к Первой мировой, потеряв десятки миллионов людей.

Была ли катастрофа неизбежна, была ли у нее значимая сущностная и непреодолимая причина? Нет, не было. Кларк максимально подробно анализирует поведение политической и военной элиты разных стран и приходит к инфернальной картине: словно в дурном сне - слепой ведет слепого. Ослепленные уязвленной гордостью, ограниченностью, историческими комплексами, превратно понимаемыми национальными интересами и сиюминутными страстями, они в этом ослеплении создали конструкцию костра войны, облили ее бензином, а Гаврила Принц бросил спичку.

Читая Кларка, понимаешь, что люди, принимавшие решения в середине 1914 года, считали перспективу войны отличной перспективой, ожидали ее и даже опасались и переживали, что она может вдруг не реализоваться.

В необязательной войне погибнут миллионы, а спустя 20 лет в рамках, скажем, продолжения - еще 50 миллионов (мне близка историческая концепция, рассматривающая Вторую мировую войну в качестве продолжения Первой).

С изумлением наблюдая сегодняшние новости, невозможно отделаться от досады и даже отчаяния: человечество, а, главное, «элита», в своих ограниченностях и страстях неизменны. Собственными руками в рамках христианского принципа свободной воли они вновь сложили необязательную конструкцию войны и уже полили ее бензином. Осталось бросить спичку.

«В основе этой (всеобщей во всех странах) готовности к военной службе лежал не воинственный энтузиазм как таковой, а оборонительный патриотизм, поскольку этиология этого конфликта была настолько сложной и странной, что позволяла солдатам и гражданским силам всех воюющих государств быть уверенными, что именно их война была оборонительной, что именно их страны подверглись нападению или провокации со стороны решительного врага, что именно их правительство приложили все усилия для сохранения мира».

«Мнение начальника Генштаба… можно было выразить в трех словах: Война. Война. Война!».

Максим Круглов

 Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Камерная библиотека. Часть 4
 
Часть 1
Часть 2
Часть 3

Гумилев. Именно так лаконично выведено тюремным черным маркером на белом корешке. Томик стихов Николая Гумилева аутентично тюремный. Со всех сторон черный, переклеенный, кажется, кожаным переплетом и стянутый скотчем. Несколько страниц биографии поэта пущены на арестантские самокрутки, но сами стихи не тронуты. 
 
Николай Гумилев как раз упоминается на страницах предыдущей книги в богословских и культурологических беседах в окружении отца Арсения. Со спокойным рассуждением и уважением тамошний священник, бывший культуролог, говорит о простой и чистой вере Гумилева в противовес остальным метущимся поэтам.
 
Гумилев – один из моих любимых поэтов. Расстрелянный в 35, он буквально обладал предвидением или предзнанием и о себе, и о России. На стыке эпох он чувствовал инфернальные вихри, облекая в слова грядущее и настоящее, находя провидческие слова «шестым чувством». Отливающий пулю рабочий, что его, Гумилева, с землей разлучит,  летящий куда-то в пропасть Заблудившийся трамвай, с отрезанными головами и «врезанным Исаакием в вышине», вся страна, чей свободный полет он наблюдал изнутри с состраданием, но и с любопытством. 
 
«Как я вскочил на его (трамвая) подножку, было загадкою для меня». А вот как: будучи в Париже, где, кажется, его застигла революция, Гумилев решает вернуться в Россию со словами «Я бывал в Африке и сталкивался с крокодилами. Вряд ли коммунисты страшнее (крокодилов)…». 
 
Гумилев – мечтатель и в хорошем смысле авантюрист, романтик, стоик, любящий эту жизнь. Он не оскорбляет своих читателей неврастений и не унижает душевной теплотой, но рисует контуры таинственного Чада, вековые баобабы, царственные звуки. Духи ада и изысканный жираф, о котором стоит подумать девушкам, когда «руки особенно тонки», и «взгляд особенно грустен». Озеро Чад, кажется, совсем обмелело. Но ни Гумилев, ни его «девы-жрицы с эбеновой кожей» об этом не узнают. 
 
По легенде, в которую я верю, на стене своей камеры в ночь перед расстрелом Гумилев написал красивые строки: «Проплывает Петроград… Я не трушу, я спокоен. Я – поэт, моряк и воин…» В библиографию поэта это стихотворение не вошло. Подтвердить авторство Гумилеву не довелось. Расстрелянный большевиками на заре своей власти, он лежит в неизвестной общей могиле. Первая жена Гумилева поэтесса Анна Ахматова пыталась ее найти, но не смогла. Их сын – Лев Гумилев, ставший великим историком, автором пассионарной теории этногенеза, значительную часть жизни проведет в лагерях. «Муж в могиле, сын в тюрьме. Помолитесь обо мне», напишет Ахматова. 

Ваш,
Максим Круглов

 Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Камерная библиотека. Часть 3
 
Часть 1 Часть 2
 
Следующую стопку открывает знаменитая повесть Кинга «Рита Хейуорт, или Побег из Шоушенка». Перенесенная на телеэкран режиссером Фрэнком Дарабонтом она стала символом стойкости и надежды, когда даже стены пожизненной тюрьмы – не обязательно предел. Кинга вообще интересует тюремная тема – помимо «Шоушенка» и «Зеленой мили» (снова Дарабонт!) – у него есть «Кто нашел – берет себе» и несколько тематических рассказов.
 
Федор Конюхов «Сила веры». Очередная Одиссея прославленного русского путешественника, но «всего» на полгода. 60-летний Федор плывет в одиночестве на весельной лодке по Тихому океану из Чили в Австралию, разговаривает с птицами и размышляет о Боге. На самом деле очень важная для меня книга: ее спокойная и смиренная интонация – словно большая молитва, длиною в полгода. Я взял ее в библиотеке храма, в котором мне посчастливилось побывать.
 
«Отец Арсений». Важная для меня книга, одна из немногих, которая была в камере до моего появления. Она о советском мученике-священнике, прошедшем ссылки и сталинских лагеря – более 25 лет неволи – в их числе лагерь особого режима, куда отправляли умирать. В книге (а это, кажется, уже 5-е издание), собраны воспоминания его духовных детей, солагерников, исповеди и рассказы низложенных церковных иерархов и раскольников, военнослужащих и зэков – политических, воров и убийц, которым помог отец Арсений. 
 
Аккуратные богословские и культурологические разговоры (например, об иконописи или Серебряном веке, неверии поэтов). А главное – простые, поразительные чудеса спасения, которые проходят лейтмотивом через страшный 20 век – вместе с отцом Арсением и его большой духовной общиной, прошедшей эту пропасть – доносы, аресты, ссылки, за чтение и исповедование Святого Евангелия. «Ибо где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них».
 
Как я понял, кто-то считает отца Арсения не реальным персонажем, а собирательным образом советского священномученика. Мне так не кажется. Столько ярких, живых и пронзительных воспоминаний реальных людей. 

Ваш,
Максим Круглов

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Суд в Москве начал рассматривать по существу дело моего близкого друга Максима Круглова. Его арестовали 1 октября прошлого года по так называемой статье о «фейках об армии» — за два поста, опубликованных в телеграме в начале апреля 2022 года. В них Максим сожалел о гибели гражданского населения в Украине. Сегодня суд допрашивал первого свидетеля обвинения — 25-летнего функционера райкома комсомола «Единой России», сотрудника ГБУ «Жилищник» Валерия Олеговича Сомова.

Сомов в ходе допроса пояснил, что гулял с другом неподалеку от Лубянки, когда к ним подошел сотрудник ФСБ. Оперативник поинтересовался, знает ли он Круглова, Сомов ответил утвердительно, тогда оперативник предложил пройти на опрос. На опросе Сомов заявил, что считает посты Круглова «аморальными», — и вот Максим уже восьмой месяц сидит в Бутырке. По этой статье ему грозит до 10 лет лишения свободы.

Когда я читал показания Сомова, то вспомнил сюжет из дела моего репрессированного прапрадеда Ефрема Палагина, который тоже сидел в Бутырке — в 1930-1931 гг., 95 лет назад. Дело было коллективным — 8 человек, ОГПУ допросило 35 свидетелей. Самыми активными из них оказались супруги Горьковы — Федор Петрович и Пелагея Ивановна.

Показания Федора потом дословно повторили еще четверо свидетелей — вероятно, следователи просто переписали их из его протокола. В результате в деле появились два новых фигуранта, в том числе однофамилец и, вероятно, дальний родственник Горькова — самый пожилой обвиняемый, которому на момент ареста было 75 лет. Пелагея не отставала от мужа и оговорила шестерых односельчан. К счастью, последствий для них это не имело.

Я пытался проследить по открытым источникам судьбы всех участников этого дела, в том числе свидетелей. Каково же было мое удивление, когда я увидел в базе репрессированных двух детей Федора и Пелагеи Горьковых. Позже я знакомился с их делами в ГАРФе.

33-летняя Анна была арестована в ноябре 1937 года и осуждена на 5 лет лишения свободы за участие в «контрреволюционной троцкистской организации» и «связь с врагами народа». Срок Анна отбыла полностью. В 1959 году ее дело пересматривала прокуратура. В показаниях Горькова, в частности, сказала: «С юных лет я вступила в комсомол, а в 1925 году в ряды партии, и все время активно, как могла, проводила линию коммунистической партии. […] Физическую силу ко мне на следствии не применяли, но многочасовые стойки в одиночной камере до допросов и во время допросов угнетали мою волю к сопротивлению, поэтому я подписывала все сочинения следователя». Тогда же, в 1959-м, дело было прекращено за недоказанностью обвинений. Реабилитировали Анну только в 1991 году.

А вот судьба младшего брата Анны, 27-летнего Виктора Федоровича Горькова, сложилась трагически — он был расстрелян по приговору военного трибунала в августе 1941 года за то, что «будучи враждебно настроен к командованию РККА, выражал террористические намерения по отношению к своим командирам». Террористические намерения выражались во фразах вроде: «За эти кирзовые сапоги — первая пуля командиру взвода» и «Я тебе не ишак убирать мусор, ладно, придет время — я с тобой рассчитаюсь». Особист увидел в этом состав контрреволюционного преступления. Вину Горьков признал полностью, объяснял свои угрозы запальчивостью и просился на фронт «для искупления вины». В 1998 году военная прокуратура пришла к выводу, что в высказываниях Горькова отсутствовал состав какого-либо преступления, поскольку никаких конкретных действий для реализации своих угроз он не предпринимал, хотя и имел такую возможность.

Федора Петровича и Пелагею Ивановну по делам детей не допрашивали, поэтому узнать их отношение к произошедшему невозможно. И все же интересно: когда их дочь отправили в лагерь, а сына расстреляли, вспоминали ли они тех бедолаг, которых подвели под монастырь в 1930 году?

Плохо знают историю собственной страны функционеры «Единой России»…

Замоскворецкий суд Москвы 6 мая вернулся к рассмотрению уголовного дела Максима Круглова.

Заседание началось с судебного следствия, в ходе которого помощница прокурора ЦАО Юлия Гузняева зачитала обвинительное заключение и, среди прочего, напомнила: президент РФ 24 февраля 2022 года «во исполнении ратифицированных договоров о дружбе и сотрудничестве между РФ, ДНР и ЛНР» принял решение о начале СВО. Круглов, по мнению прокуратуры, согласен с этим не был, завёл телеграм-канал и, «испытывая ненависть», в апреле 2022 года из офиса «Яблока» в Москве «решил распространить под видом достоверной информации заведомо ложную информацию» – а именно публикации, посвящённые событиям в Буче весной 2022 года. При этом Круглов якобы рассчитывал на собственную популярность и испытывал разнообразные формы ненависти при размещении постов (двух в Telegram и одного в ВК), а значит тем самым «причинил вред Российской Федерации».

Обвинение запутано, непонятно и неопределённо, заявил сразу после выступления стороны обвинения Максим Круглов: «С одной стороны, в обвинительном заключении сказано о "политической" ненависти, затем – о "национальной", а потом и вовсе о "социальной". Я в недоумении. Виновным себя не признаю».


Защитники – адвокат Наталия Тихонова и адвокат Сергей Бадамшин – поддержали выступление Круглова.

Затем состоялся допрос свидетеля – 25-летнего москвича Валерия Сомова, политолога из ГБУ «Жилищник». «Лично с Кругловым не знаком, курс его не одобряю», – начал он. И затем рассказал, что по личной инициативе каждый день проводит мониторинг «оппозиционных сведений» в соцсетях.

– Есть ли у вас основания для оговора Максима Сергеевича? – спросила судья Элина Бабаянц.

Свидетель замешкался, смутился, вероятно, от неожиданности и (по сравнению с предыдущим его выступлением) неуверенно и тихо сказал «Нет».

Сомов рассказал, что в 2025 году был на опросах в ФСБ на Лубянке, однако отказался отвечать – кто и зачем его вызывал.

– Мы гуляли с другом в центре, к нам подошёл сотрудник ФСБ и спросил, знаем ли мы Максима Круглова. Я ответил «да», – рассказал Сомов, но затруднился вспомнить, когда это произошло – весной или летом, утром, днем или вечером, в выходной или будний день.

Многие ответы свидетеля сводились к невозможности вспомнить детали и обстоятельства обсуждаемых событий, однако Сомов уверенно заявлял, что оценил посты Круглова как «аморальные» и даже увидел в них «дискредитацию правительства РФ».

Сергей Бадамшин просил свидетеля объяснить, почему протоколы его опроса в ФСБ и допроса в СК с разницей в полгода, согласно материалам дела, «совпадают дословно», но теперь Сомов постоянно заявляет, что ничего не помнит. «Много событий на работе и в личной жизни», – признался свидетель, после чего длившийся почти два часа допрос в суде завершился.

К этому моменту несколько СМИ выпустили новостные публикации, где рассказали, что Валерий Сомов имеет прямое отношение к партии «Единая Россия» – он является исполнительным секретарём местного районного отделения ЕР в Москве и в 2024 году участвовал в столичном партийном праймериз. Сам Сомов заявил в суде, что ни к одной политической партии не склоняется.

Заседание продолжилось исследованием письменных материалов дела: Юлия Гузняева около получаса перечисляла листы из трёх томов уголовного дела, подробно останавливаясь на обширном перечне положительных характеристик Максима Круглова как от соратников Круглова, так и от политических оппонентов, журналистов и правозащитников.

Процесс продолжится 20 мая, а 21 мая в Мосгорсуде пройдёт рассмотрение апелляционной жалобы на арест Максима.

Полный текст репортажа пресс-службы «Яблока» по ссылке.
Фото: Дарья Корнилова

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Завтра, 6 мая, Замоскворецкий суд продолжит рассмотрение дела Максима Круглова по существу.

Заседание назначено на 14.30 и состоится в здании Перовского суда Москвы (будьте внимательны).

Напомним, первое заседание по существу состоялось 22 апреля, тогда Максиму Круглову был продлён арест – сразу на шесть месяцев. Политик обвиняется в распространении «фейков» о ВС РФ (ст.207.3 УК). Он регулярно заявляет о своей невиновности, его защита – об отсутствии оснований для содержания политика в СИЗО, а его сторонники и соратники по «Яблоку» – о политическом мотиве уголовного дела Круглова.

Поддержать Максима Круглова в суде могут все желающие. Приходите!

Перовский суд Москвы (ул. Кусковская, д.8, зал 301).
Важно: обязательно возьмите паспорт, он понадобится для прохода в суд.

Фото: Дарья Корнилова

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Камерная библиотека. Часть 2

Начало
 
Довлатов: «Зона», «Компромисс» и «Заповедник». Ад – это мы сами, говорит Довлатов с той стороны решетки; и «сидящие» и их охранники отличаются не сильно – все в «зоне». Довлатов – популярен в тюрьме, его фамилия часто звучит в сигаретном дыму «локалок» и «сборок». 
 
Кафка «Превращение» (хотя в тюрьме, видимо, стоит читать «Процесс», но в библиотеке не нашлось) – впечатление от здешней жизни вполне кафкианское: частично изнанка из «Очень странных дел», частично Черный Вигвам из миров Дэвида Линча.
 
Ги де Мопассан «Милый друг». Хемингуэй писал про него, что нет такого человека на земле, который не мечтал бы писать как Мопассан. 
 
Журнал Russia in Global Affair – англоязычная версия «России в глобальной политике» Федора Лукьянова – некогда вполне умеренно-либерального, сейчас же приближенного к Кремлю международника. Однако, читать его стоит – это достаточно профессиональная попытка концептуализировать предметную реальность со стороны околоэлитных ученых.
 
«Илиада» Гомера. В свое время профессор Жаринов в своих эфирах убедил: «Илиада» – обязательное чтение. В библиотеке нашелся красочный экземпляр. 
 
Дальше лежат книги Оруэлла («1984» и «Скотный двор»), который в тюрьме воспринимается весьма особенно, хотя и безнадежно; и Владислав Зубок «Коллапс Советского Союза». Менее страшный чем Оруэлл, но вполне жутковато описывающий повседневные реалии развала огромной страны: по дням и неделям исследующий действия «элиты» – безграмотной и безразличной, корыстной и алчной, – которая к развалу и привела. Повествование не безнадежно – Зубок убедительно показывает, что можно было и по-другому, иначе, что были альтернативы (например, «500 дней» Явлинского).
 
Самая нижняя книга этого ряда не моя. Судя по всему, это сборник вед на английском языке, которую получил мой сосед бизнесмен – индус. Это его единственная книга, но куда большее внимание он уделяет изучению УПК – кодекс весь в его пометках и закладках.

Ваш,
Максим Круглов
 
Продолжение следует.

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

Знаем, что всем хочется хороших новостей, и мы нашли для вас одну такую. Наш коллега Максим Круглов – зампред «Яблока», экс-депутат Мосгордумы, до своего ареста начал писать книгу. Но не о политике, как можно было бы предположить, а о кино! Дело в том, что Максим очень любит режиссёра Пола Томаса Андерсона (да, того самого, который в этом году получил сразу три «Оскара»).

В 2025 году Максим Круглов пересмотрел фильмы Андерсона, прочитал десятки интервью и разных материалов о нём и приступил к написанию первой на русском языке книги об этом режиссёре.

Недавно издание «Берег» опубликовало предисловие к книге и одну из её глав.

С неоконченной рукописью ознакомился кинокритик Антон Долин. Вот что он пишет:

«ПТА, задумавший «Битву за битвой» больше двух десятилетий назад, именно в 2025-м завершил свой magnum opus и поразительно совпал с духом времени, угадав, описав и даже высмеяв надежды и фобии нашей безумной эпохи. Результат – и самый большой коммерческий успех в карьере режиссёра, и его первые личные «Оскары» (сразу три – за сценарий, постановку и фильм).

А российский политик, давно увлечённый стилем и идеями ПТА, принялся за свою книгу именно тогда же – в год, когда тема изнурительной войны идеологий и поколений так увлекла публику. Проще говоря, сейчас самое время для такой работы. Жаль, что пока читатели не могут оценить её во всей полноте».

А вот что говорит автор книги Максим Круглов:

«Углубляясь в жизнь и биографию ПТА, неминуемо проникаешься к нему ещё большей симпатией. Не будучи человеком эпатажных жестов, он сумел сделать свой дом местом человеческого счастья. «Радуга у тебя в гостиной, идиот!» – слова Андерсона, обращённые с высоты лет к себе молодому. Над подобной установкой и траекторией размышляешь и в тюрьме – как же он прав! И если мне когда-нибудь будет суждено закончить о нём книгу, я надеюсь, из неё это будет ясно. Обустроив вокруг себя эту теплую и радостную жизнь, ПТА может обращаться к самым главным вневременным темам, делая это с неизменной любовью и надеждой».

Мы надеемся, что Максим обязательно допишет эту книгу, и мы все вместе её ещё обсудим. А пока прочитайте одну из глав рукописи.

Если захотите поделиться с Максимом своими впечатлениями, напишите ему: Москва, СИЗО-2 Бутырка, Круглов Максим Сергеевич, 1986 г.р.

На фото: Леонардо Ди Каприо и Пол Томас Андерсон на съёмках фильма «Битва за битвой»
Warner Bros. / Ghoulardi Film Company / Vida Press

@yabloko_party

Поддержите нас

Камерная библиотека. Часть 1
 
У меня начался суд по существу, я же решил написать о своей камерной (во всех смыслах) библиотеке, которую удалось собрать за полгода заключения в Бутырках.
 
В нашей крошечной камере по моей домашней привычке меня окружают книги, что, хоть и немного, улучшает настроение и состояние. 
 
Наш камерный книжный фонд формируется из двух источников: за время заключения мне удалось получить две посылки с книгами (они поступили по моему заявлению в библиотечный фонд, после чего оказались в нашей камере); еще две посылки – развернули обратно).
 
Второй источник – налаженная переписка с тюремной библиотекой. Еще две книги мне удалось забрать из квартиры при ночном обыске, а после отобрать их у цензоров СИЗО Капотни, которые хотели оставить книги себе.
 
Итак, бросим взгляд на камерные книжные места, и я коротко расскажу о каждой. 
 
Сначала – железная конструкция на стене, на которой книги лежат плашмя двумя стопками. Сверху первой стопки – маленький словарь английского языка, вполне позволяющий читать иностранный текст и даже учить незнакомые слова. 
 
Ниже лежат несколько книг, заказанных соседом, к которым я отношения не имею. Среди них есть детектив «Каштановый человек» по неплохому сериалу Netflix, и книга «Чудо на Гудзоне» – воспоминания капитана терпящего крушение самолета, посадившего его прямо на водную гладь реки. Реальная история, по которой снял свой тревожный фильм великий Клинт Иствуд. Кстати говоря, в России, пилота, совершившего нечто подобное – посадившего самолет на заброшенном поле, – судят за это по уголовному делу. Книга хорошая – неравнодушный автор, живой язык.
 
Дальше идет книга Генри Киссинджера. Удивительно, но недавно ушедший из жизни в более чем столетнем возрасте патриарх американской дипломатии – кажется, один из самых читаемых авторов в Бутырке. Его книги («О Китае», «Дипломатия» и «Мировой порядок») я видел в руках трех разных мужчин-арестантов. Четвертому я дал почитать свой экземпляр «Мирового порядка» (книга, кажется, издана в районе 2014 года, сегодняшнее более релевантное название было бы «Мировой беспорядок»). Тем не менее рассказ Киссинджера о международных отношениях – великолепное введение в тему.
 
Рядом прекрасная книга американского классика (и нобелевского лауреата) Джона Стейнбека «К востоку от Рая (Эдема)». То ли крайне удачный перевод, то ли оригинал испортить невозможно – каждая фраза визуализируется перед глазами, где совсем рядом поля Калифорнии, а ободряющая и душеспасительная ветхозаветная фраза – лейтмотив книги – тронула за душу пару арестантов.

Ваш,
Максим Круглов

Продолжение следует.

Помочь можно на карту:
5547 5983 8581 0504
Назначение платежа:
«добровольное пожертвование»

«Радуга у тебя в гостиной».

Максим Круглов пишет книгу о Поле Томасе Андерсоне в тюрьме. Вот ее фрагмент (с комментарием Антона Долина).

До сих пор на русском языке нет ни одной книги о Поле Томасе Андерсоне — триумфаторе «Оскара-2026».

Еще до тюрьмы Максим решил написать книгу о своем любимом режиссере. Он не успел посмотреть его последний фильм «Битва за битвой», принесший режиссеру «Оскар», — но и в заключении продолжает работу над текстом.

https://www.yabloko.ru/publikatsii/2026/04/21

Оригинал: https://bereg.io/feature/2026/04/21/raduga-u-tebya-v-gostinoy

Замоскворецкий районный суд Москвы продлил Максиму Круглову срок содержания под стражей на 6 месяцев.
По традиции доводы защиты были проигнорированы.
Началось рассмотрение уголовного дела в отношении него по существу и следующее заседание назначено на 06.05.2026 в 14 часов 30 минут.