«Я исходил из того, что Россия должна быть мирной страной, демократической страной, страной, в которой уважают права человека, права личности и ценится человеческая жизнь. Я вместе со своими товарищами на протяжении достаточно долгого времени делал всё, что в моих силах, всё, что в наших силах, чтобы этот образ желаемого был нами, всеми нами достигнут. И вот я здесь.

На мой взгляд, это означает, что мы с моими товарищами по «Яблоку» были правы в наших оценках происходящего, в наших оценках динамики ситуации, динамики политического режима, в наших возражениях каким-то решениям, которые принимались органами государственной власти, в нашем несогласии с тем, что происходит в стране. 

И сейчас мы пришли к тому, что гособвинение и следствие постулируют, констатируют — цитирую, это написано в обвинительном заключении, — что «несогласие на протяжении долгого времени означает неприязнь и политическую ненависть». По сути, вот этим своим постулированием гособвинение выводит категорию несогласия за рамки закона; какую-то нравственную позицию, если она противоречит официальной позиции государства, этим вот утверждением, этой сентенцией следствие вместе с обвинением выводит за рамки закона, делает это дело незаконным.

Да, я подтверждаю: действительно, на протяжении долгого времени я был не согласен с какими-то решениями органов госвласти как во внутренней политике, так и во внешней политике вместе со своей партией. За долгое время было выработано множество законопроектов партией, множество альтернатив к тем решениям, которые принимаются органами госвласти. 

В этом, на мой взгляд, была суть нашей работы, наша миссия – давать людям возможность проголосовать за альтернативную точку зрения, что, безусловно, предусмотрено Конституцией, если они не согласны с тем, что происходит в стране. Это можно было сделать, проголосовав за «Яблоко», в т. ч. за меня как кандидата на выборах, за председателя партии на главных выборах страны».