США присматриваются к Организации тюркских государств — Hudson Institute

В Вашингтоне прошёл почти незаметный для широкой публики, но показательный визит. Генеральный секретарь Организации тюркских государств Кубанычбек Омуралиев провёл встречи с представителями Госдепартамента США, Конгресса и аналитических центров. По сути, речь шла о попытке аккуратно нащупать более плотный формат взаимодействия между США и тюркским миром на фоне меняющейся геополитической конфигурации Евразии.

Визит оказался логичным продолжением недавних шагов Вашингтона. В Белом доме совсем недавно прошла встреча Дональда Трампа с лидерами стран Центральной Азии в рамках десятилетия формата C5+1, а ранее США сыграли заметную роль в дипломатическом сближении Армении и Азербайджана. В совокупности эти события показывают, что интерес к региону перестаёт быть эпизодическим и начинает оформляться в более системную линию.

Организация тюркских государств сегодня уже не выглядит исключительно культурным объединением. В неё входят Турция, Азербайджан, Казахстан, Узбекистан и Кыргызстан, а Узбекистан присоединился к организации сравнительно недавно, в 2019 году. В статусе наблюдателей участвуют Туркменистан, Венгрия и администрация Северного Кипра. Штаб-квартира расположена в Стамбуле, а сама структура ведёт регулярную работу по сближению стран-участниц.

Идея тюркской интеграции была озвучена ещё в середине 2000-х годов, но за последние годы она получила практическое наполнение. Речь идёт не только о культурной и языковой повестке, включая переход на латиницу и попытки выработать единое алфавитное пространство, но и об экономике, транспорте, торговле и логистике. Страны организации располагаются в самом центре Евразии, контролируют важнейшие сухопутные маршруты между Европой и Азией и обладают значительными запасами нефти, газа и стратегически важных полезных ископаемых.

Совокупно страны-члены и наблюдатели представляют рынок более чем в 150 миллионов человек с ВВП, приближающимся к двум триллионам. При этом их реальное значение выходит далеко за рамки сухих экономических цифр. Срединный коридор, турецкие проливы, энергетические узлы и транзитные маршруты делают регион объектом пристального внимания западных столиц, особенно в условиях, когда влияние России и Китая в Евразии остаётся доминирующим фактором.

Организация постепенно расширяет повестку и выходит за пределы экономики. Всё чаще обсуждаются вопросы координации в сфере безопасности, совместные учения и обмен опытом. Пока эти темы подаются осторожно, но сам факт их появления показывает, что формат перестаёт быть сугубо символическим.

Для США сближение с ОТГ выглядит прагматичным шагом. Это группа стран, ориентированных на внешние рынки, инвестиции и международное сотрудничество. Дональд Трамп уже продемонстрировал интерес к Центральной Азии и Южному Кавказу, а его отношения с Турцией, которая играет ключевую роль внутри организации, остаются одним из важных элементов этой конструкции.

Визит Омуралиева стал скорее разведкой возможностей, чем громким политическим жестом. Но если Вашингтон решит развивать этот трек, логичным следующим шагом мог бы стать институционализированный диалог, вплоть до встреч на уровне министров иностранных дел. Для США это означало бы укрепление позиций в центре Евразии, а для тюркских государств — дополнительные экономические и дипломатические возможности в отношениях с Западом.

Интерес США к тюркскому формату говорит не столько о романтике идентичности, сколько о холодном расчёте. Вопрос лишь в том, готовы ли сами страны региона выстраивать отношения на равных и не превращать многосторонние структуры в инструмент чьих-то односторонних интересов.

#США #ОТГ
@ExpressAsia