Новая беседа с Мовсуном Гаджиевым для проекта «Эхо Баку»
Москва в отношении Баку еще придерживает коней

1. На этот раз мы начали наш разговор с размышлений о журналистике. Ведь сколько бы ни говорили о ее безвременной смерти и наступлении эры безжалостной «пост-правды», она нет-нет и заявит о себе. Там, где собеседник интересен сам по себе вне зависимости от политических убеждений и где ценность диалога, несмотря на несогласия сохраняется. Прекрасно понимаю, что Мовсун категорически не принимает мою «правду». Тем не менее он ее готов выслушать, понять аргументы оппонента, предлагать свои контрдоводы, уважительно поспорить. «С Вами интереснее спорить, чем соглашаться-, констатирует мой собеседник. Сейчас обращаюсь к студентам и аспирантам. Сморите такие передачи, понимайте, почему к ним необходимо готовиться и как нужно аргументировать свои позиции.
2. Наше обсуждение прошло вполне в духе идей Фернана Броделя (1902-1985) о «времени большой длительности» (одно столетие и более). Начав с подведения кратких итогов саммита ШОС (остановились на кавказском его измерении), мы обратились к предыдущим историческим периодам. И в фокусе нашей дискуссии была история советского Азербайджана.
3. Самая интересная часть спора шла вокруг определений. «Оккупация» vs. «советизация». На мой взгляд, второй концепт намного лучше передает суть процессов, происходивших в апреле 1920 года. Во-первых, азербайджанские земли до революций и распада империи уже были инкорпорированы в российский государственный проект. И хан Гусейн Нахичеванский или генерал Шири-Ага Шихлинский были интегрированы в состав элиты империи. Как были интегрированы в состав имперского пролетариата условные дядя Мамед и дядя Расим. И социальные противоречия внутри тогдашнего общества «кавказских мусульман» имелись. Иначе откуда бы взялась социал-демократическая организация «Гуммет» и сторонники революционных идей среди «кавказских татар» (азербайджанцев)! Во-вторых, у мусаватистов не было и нет монополии на мнение всего азербайджанского народа. Нариман Нариманов или Мешади Азизбеков не лишились своих этнических корней из-за симпатий к марксистко-ленинским идеям. Приход 11-й Красной Армии в Баку опирался и на внутренние источники поддержки. И вообще нельзя отождествлять русских с большевиками, а азербайджанцев- исключительно с АДР. В-третьих, проблемы с внутренней и внешней легитимностью «первой республики». В-четвертых, некорректно всякий раз сравнивать советский проект с Германией 1933-1945 гг., хотя бы потому что интернационализм не имеет ничего общего с национализмом и с нацизмом. В-пятых, советизацией многие азербайджанцы (и элитарии, и простые люди) пользовались, в том числе, и для продвижения своих целей и личных программ. Взять хотя бы композитора Умера Гаджибекова (1885-1948). И он не один такой, таких примеров тысячи!
4. Конечно, мы не могли не обсудить нынешний этап двусторонних отношений, связав разные сложности сегодняшнего дня с системными основаниями, для понимания которых и нужно обращение к истории. Для установления причинно-следственных связей, понимания сложности и многослойности российско- азербайджанских отношений.
5. Полную запись см. здесь Это намного интереснее, чем механический пересказ беседы. https://www.youtube.com/watch?v=-fMVN7oM8HA