В погоне за лаврами миротворца: Дональд Трамп и американская политика на Южном Кавказе
Статья для Российского совета по международным делам (РСМД)

1. Говорить о наступлении мира и завершении многолетнего этнополитического конфликта на Кавказ по итогам одного саммита не представляется возможным. Любой процесс мирного урегулирования — не одноактный спектакль. В нем возможны и военные эскалации, и новые переговоры. Однако было бы весьма опрометчиво делать вывод о том, что саммит в Вашингтоне не имеет никакого практического значения кроме громкого пиара.
2. Трамповская «сделка века» подается как некое американское неофитство в регионе «особого внимания» Москвы. Вместе с тем США - отнюдь не новичок в кавказской геополитике в целом и на армяно-азербайджанском направлении в частности. В конце 1980-х- начале 1990-х гг. в подходах США преобладало «армянофильство», борьбу карабахских армян рассматривали в контексте противостояния сталинской национальной политике за демократию и прогресс. Как следствие, в октябре 1992 г. была принята поправка 907 к «Акту в поддержку свободы», которая запрещала оказание военной помощи Азербайджану по государственным каналам. Однако впоследствии ситуация стала меняться. В 1994 году между Азербайджаном и консорциумом иностранных фирм был подписан «контракт века» на разработку каспийских нефтяных месторождений. Вовлечение в этот амбициозный проект крупного американского бизнеса заставило Вашингтон пойти на существенную корректировку своих подходов к Южному Кавказу. Впоследствии Штаты будут де-факто замораживать поправку 907. О ее полной отмене заявил только президент Трамп во время вашингтонского саммита.
3. Блестящий знаток постсоветской конфликтной проблематики Анатолий Адамишин (1934-2025) констатировал: «У американцев была железная установка: в странах СНГ везде где только можно мешать укреплению позиций России, процессам сближения». Оправдывалось это опасениями возрождения СССР в той или иной форме. Это объясняет наличие двух непохожих треков в российско-американских отношениях по Кавказу. Вашингтон и Москва как минимум с 2003 г. («революции роз» в Грузии) четко и последовательно расходились в оценках и подходах к проблемам Абхазии и Южной Осетии. Но при этом на карабахском направлении США и Россия долго взаимодействовали и как сопредседатели Минской группы, и на двусторонней основе. Вашингтон не устраивал «ревизионизм» России (одностороннее признание Абхазии и Южной Осетии). В армяно-азербайджанском урегулировании Соединенные Штаты не видели проявлений подобного. И взаимодействие двух великих держав не остановили ни «пятидневная война» 2008 года., ни присоединение Крыма в 2014 года., ни расхождения по приднестровскому урегулированию. Попытки Вашингтона вырваться в лидеры по части миротворчества (недельные переговоры с участием высших представителей США, Азербайджана и Армении в Ки-Уэсте в апреле 2001 года), воспринимались в Москве в целом сдержанно. Но с началом СВО в 2022 году этот уникальный кооперационный трек перестал действовать. Вашингтон отошел от нюансированной политики в отношении Москвы, перейдя к ее «сдерживанию», нацеливаясь на «стратегическое поражение» России на Украине.
4. Инициатива Трампа стала логичным следствием масштабных геополитических перемен на Южном Кавказе. Сегодня принято противопоставлять подходы команды Дональда Трампа и его предшественника Джозефа Байдена. Вместе с тем на кавказском направлении 47-й американский президент во многом продолжает наработки 46-го. В этом контексте можно вспомнить и про переговоры Энтони Блинкена с главами МИД Азербайджана и Армении на полях Мюнхенской конференции в феврале 2023 года, и на визиты четырех (!) делегаций из США в Ереван в апреле того же года, и про подписанную уходящей администрацией Хартию о стратегическом партнерстве с Арменией. «Исторический» экспромт был слишком хорошо подготовлен!
5. Читайте полный текст статьи: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/v-pogone-za-lavrami-mirotvortsa-donald-tramp-i-amerikanskaya-politika-na-yuzhnom-kavkaze/