Россия-Азербайджан: личное и экспертное

1. Начну свой комментарий с mea culpa. Сегодня это крайне важно именно в диалоге с российской аудиторией. В условиях, когда противоречия между Москвой и Баку набирают обороты, у многих представителей экспертного и журналистского сообщества Отечества нашего открываются широкие соблазны встать в позицию «обличения врага с Каспия» и примерить на себя тоги Кассандры, мол де «мы же предупреждали». Эдакая крепость задним умом!
2. Ваш покорный слуга с августа 2012 года persona non grata в Азербайджане. Тогда в наших широтах это еще не было в тренде. Напротив, многомудрые коллеги, близкие к «башням» намекали на непрактичность и даже наивность. Зачем, товарищ Маркедонов, Вы с армянами дружите, какие практические выгоды? Отмалчивался, ибо что таким объяснять! Дело же не в дружбе (дружат не с народами скопом, а с конкретными людьми), а в том, что исследователь конфликтов должен бывать «в поле». И коли пишешь про Карабах, или Абхазию, изволь навестить регионы своего научного интереса. Увы, в Баку у официальных лиц наличествовали иные представления о прекрасном. Так, кстати, было не всегда. Вспоминаю, как один из идеологов республики Али Гасанов написал полемический текст в РИА Новости про «правду о демократии в горах Карабаха», удостаивая полемики скромного доцента Маркедонова. Впрочем, нравы порой меняются в сторону ужесточения не только в Отечестве нашем. И вот ярлык «нежелательной персоны».
3. Никогда не делал из этого ни фетиша, ни предмета гордости. В 2016 году после «четырехдневной войны» в Карабахе опубликовал текст «Почему Россия не ссорится с Азербайджаном?», получив все положенные по случаю порции критики от армянских коллег. Во многом по схожим лекалам готовил статьи и в 2020, и в 2023 гг., стараясь максимально, насколько возможно, быть над схваткой.
4. Однако еще 28 сентября 2023 года, задолго и до «самолетного кейса» и до екатеринбургского инцидента написал буквально следующее: «Россия не проигрывала войну на Южном Кавказе- ее части просто не вступали в военное противостояние с кем-то из сторон. Однако престижу Москвы нанесен серьезный удар. Можно сколько угодно предъявлять формальные основания о непризнании НКР - как Кремлем, так и самой Арменией. Но для массового сознания соображения дипломатической политкорректности и формальной юриспруденции не работают. У многих могут возникнуть ощущения, что Москва, сосредоточив все свои усилия на Украине и конфронтации с Западом, попросту снизила приоритетность кавказского направления». И значит «велик соблазн включиться в борьбу за авторские права на новый посткарабахский Кавказ».
5. И Баку, почувствовав силу, пытается внести свою лепту в формирование этих реалий. Вчера еще президент Алиев стеснялся говорить про такие вещи открыто. Сегодня на дворе другие времена: «Ну хорошо, тогда мы решили, что создадим новые реалии. А потом Вы будете с ними смиряться. И так и случилось!». Обижаться ли нам за стремление соседа создавать реалии по его усмотрению?
6. Спервоначалу стоит извлекать уроки из собственных иллюзий и просчетов, расставаться с «мечталками». Кто там хотел заменить Азербайджаном Армению? Мы же помним поименно этих героев, но к чему делать им рекламу! Кто полагал, что лексика про «мощное государство», «суверенитет» и «независимую внешнюю политику» сродни «пролетарскому интернационализму»? Это же, господа, про национальный интерес, а он потому и национальный, что не является универсальным. Алиев и К говорили про свою независимость, а не про российскую, про свой суверенитет, а не про выгоды нашей страны! Полицентричный мир потому и полицентричный, что каждый заботится о себе, а не об «интересах трудящихся всего мира»!
7. В Баку решили закусить удила, стать промоутерами новых реалий. Что ж, не они первые и не они последние. Но итоги игры определяются по истечении всей игры, а не короткого яркого отрезка. Давать «ответки» и «обратки» - не верх стратегической мысли. Все шаги на этом направлении должны быть выверенными и приниматься на «холодную голову». Меньше хайпа, больше смысла и дела!