В 1905 году молодая пианистка по имени Софья, увлекшаяся революционными идеями, встретила в доме подруги высокого худощавого незнакомца. «Светлый шатен с коротко остриженными волосами, круглым бледным лицом без бороды, с огненным взглядом проницательных красивых серо-зеленоватых глаз». Партийная кличка — Юзеф.

Даже годы спустя она описывала его как рыцаря без страха и упрека: вот он с револьвером в руках убегает от жандармов, лихо перепрыгивая через забор; вот он, рискуя собой, спасает раненых на месте расстрела первомайской демонстрации; вот он, заметив приближение полиции, собирает у товарищей нелегальные материалы и заявляет, что все это его. Только в 1909 году, когда его приговорили к лишению всех прав и ссылке в Сибирь, она узнала его настоящее имя — Феликс Дзержинский.

Из ссылки рыцарь, конечно, бежал. В марте 1910 года они вновь встретились в Кракове; он занимался партийными документами и кассой, она приводила в порядок партийный архив. Сидели в одной тесной комнатке. Это был странный роман. Поглощенный работой, Юзеф не приглашал на прогулки, не дарил цветов — наоборот, Софья «приносила ему вечером с прогулки огромные букеты полевых и лесных цветов. Он принимал их с радостью и, за неимением ваз, развешивал на стенах, наслаждаясь запахом».

В августе они предприняли совместную поездку в Татры: горы, ущелья, водопады... Отдыхали очень скромно, денег почти не было. Испортилась погода, шел проливной дождь, туман закрывал горные красоты, но они смотрели друг на друга и были счастливы. Эту поездку «можно назвать нашим свадебным путешествием. Через несколько дней после возвращения в Краков я переехала к Юзефу», - писала Софья.

«28 ноября я выехала в Варшаву на два, максимум три месяца. Юзеф проводил меня на вокзал, и мы расстались... на восемь лет». В декабре Софью арестовали. Их сын родился 23 июня 1911 года в тюрьме. Первые 8 месяцев провел с матерью в камере, Софья держала его на руках во время суда и чтения приговора — пожизненная ссылка в Сибирь.

Она бежала в сентябре 1912-го, но тем временем арестовали Феликса. Освободившись с каторги лишь с Февральской революцией, он сразу же отправил ей телеграмму, но воссоединиться удалось еще не скоро: два раза отъезд откладывался из-за болезни сына, затем грянула Октябрьская революция, и письма от Феликса приходить перестали; до мая 1918 года Софья не знала, что с ним.

Только в октябре он смог обнять жену и сына. И к тому времени мало кто мог себе представить, что у безжалостного главы ВЧК товарища Дзержинского вообще может быть семья.Переехав в Москву в марте 1919-го, Софья уже знала: занятый буквально круглосуточно, он не сможет уделять им больше нескольких минут в день. Но не могла знать, что сил у Железного Феликса хватит еще всего лишь на семь лет.