Собиралась вчера целый день с мыслями, как же описать «нулевые чтения» нашего закона «О защите женщин от склонения к прерыванию беременности».

Что было главное, что второстепенное, на что акценты ставить в этом эпохальном 5-ти часовом событии с 50-ю спикерами?

У меня и моих коллег «послевкусие» от мероприятия сложилось одинаковое - Софья Дробязко пишет о всенародном консенсусе, Мария Дебрянская называет это соборностью.

А я бы сказала, что это было точно, как Куликовская битва.

«Суздальцы, владимирцы, ростовцы, псковичи пошли сражаться на Куликово поле как представители своих княжеств, но вернулись оттуда русскими»

И у нас так было - депутаты, врачи, юристы, сенаторы, бизнесмены, общественники, Церковь, региональная и федеральная власть, а главное, - женщины: беременные и недавно родившие, рассказывающие истории рожденных вопреки детей, пришли в Общественную палату.

Вышли мы оттуда с общим осознанием неизбежных перемен.

Мы были как те князья, сплотившиеся вокруг Москвы, Московской Руси. Только нас объединила ценность человеческой жизни и ее ожидания, как времени особого женского статуса.

Не было возражений. Все говорили на одном языке, каждому было что сказать. И проблема на глазах у всех расширялась.

Можно ли ее теперь игнорировать?

Не было правых и виноватых. Были мы и эти женщины, плачущие, растерянные, качающие своих младенцев. И чтобы мы им не говорили, острота момента в том, что теперь говорить мало. Настоящим ответом будет действие.

Разве можно что-то ответить тем, кто сделал аборт под принуждением? Наших извинений не хватит. Как натерпелись от этого наши мамы и бабушки, но преступлением будет допустить это нашим детям.

И как ни крути, а объединяясь вокруг беременных русских женщин, объединяешься вокруг самой России, ее будущего, ее сердцевины.

Я говорила, а за моей спиной стояли мои дети, трое из них могли не родиться. С них начался Фонд почти десять лет назад, когда младший, Матфей, только научился ходить.

Я их взяла с собой, как свидетелей происходящих перемен. Отстояв их жизнь, им уже не придется бороться за право на рождение своих детей. Это сделает наш закон.