На фестивале «Толстой» потрясающе зарифмовались два спектакля, которые привели меня разными путями в одну точку. Один — через лаконичные и бесстрастные медицинские сводки, другой — через трагикомичный карнавал.

Влетела на Ясную поляну, конечно же опаздывая — мне сразу надели наушники, и я нырнула. Аудиопрогулка «Дневник для одного себя» провела нас по всей усадьбе под скрипучий голос Юрия Погребничко в роли Льва Толстого в его последние дни — в преддверии и после ухода с Поляны. Вот перед нами кучерская, куда он пришел ранним утром перед своим бегством, вот яблочный сад, где потерял шапку, а вот поворачиваем по указателю «Могила Толстого» — в это время личный врач семьи Толстых Душан Маковицкий в исполнении Евгения Цыганова размеренно фиксирует ухудшающееся здоровье писателя. «После минуты в 6:05 еще один вздох — последний». Тоже перестаем дышать.

Спустя несколько часов некоторые из этих сводок прозвучат на шествии «Дом, который покинул Лев», но совершенно иначе. Этот спектакль — как озеро Байкал или Гранд-Каньон. Ты можешь пересмотреть сотни фотографий и даже видео, но ничто не передаст состояния, когда попадаешь в абсолютно бахтинскую толпу: родня, крестьяне, музыканты, пчелы, театралы в разноцветных дождевиках все вместе гонятся за убегающим Толстым. А он уходит от нас цветущим полем, и вот уже отчаявшиеся мы смотрим, как удаляется его исполинская во всех смыслах фигура.

Именно там, на вершине холма, прощаясь с миром, который построил Толстой, оставаясь в мире, который покинул Толстой, я возможно впервые в жизни соединилась с этой глыбой. Не через преклонение, а через сочувствие и ту самую тоску по утраченному, которая захлестнула меня после часа смеха и феерии. Натуральный катарсис.

«…но чем больше любви, тем больше человек проявляет Бога, тем больше истинно существует»