В новом еженедельном отчете о жертвах ракетных и дроновых ударов ВСУ по территории России снова видна эскалация ударов, а также рост числа погибших и пострадавших мирных граждан.  
 
На графике выше можно видеть число погибших и пострадавших по неделям 2026 года и три разных аппроксимации роста этих значений до конца года.

Картина удручающая. Даже страшная.
 
И не только потому, что безумно жаль людей — и уже погибших и раненых, и тех, кто еще погибнет и будет ранен, а также их родных и близких. Удручает и страшит безразличное отношение к этим потерям и власти, и народа. Все говорят о бензине, о «Вайлдберис», об экономике, о деньгах своих и чужих, о чем угодно — только не о людях.
 
А еще угнетает ощущение всеобщей беспомощности и бесполезности — и власти, и народа. Как будто все привыкли и никому это всё вовсе не интересно, как будто это всё, как сейчас принято говорить, «новая нормальность».
 
Что делает «начальство» для противостояния нарастающему валу жертв среди мирного населения и разрушений инфраструктуры, и делает ли вообще что-нибудь — непонятно. Ведь рост ущерба от налетов врага зависит не только от растущих (благодаря помощи США и Запада в целом) его возможностей, но и от нашей способности противодействовать этим налетам. Возможности противника, очевидно, растут, а наши?

Мучают вопросы, почему до сих пор не сделаны и не делаются какие-то очевидные даже неспециалистам вещи, о которых уже говорено-переговорено. Почему не принимаются безусловно давно перезревшие кадровые решения? Кто ответил за всё то, что могло бы нам помочь в противодействии вражеским ударам, и чего как-то нет или совсем недостаточно, а именно за:

— классическое большое ПВО;
— МОГи;
— постановку в работу советских зенитных орудий;
— расчеты дронов-перехватчиков;
— применение малой авиации;
— системы радиолокационного, звукометрического и видеообнаружения дронов;
— защиту объектов сетями и прочими конструкциями;
— РЭБ;
— систему раннего предупреждение о дронах;
— система защиты и обучения населения в угрожаемых районах;
— и многое другое, чего мы не знаем, как не специалисты.
 
Ответственные (нет) лица, очевидно, не справились и не справляются со своей работой. Почему они всё еще не сменены? Или замена «проверенных кадров» страшнее нарастающих жертв среди мирных граждан и постоянных разрушений инфраструктуры? И что, если даже в конце года у нас, не дай бог, каждую неделю будет 150 погибших и 1500 пострадавших — эти уважаемые (нет) люди останутся на тех же местах продолжать всё проваливать?
 
Еще раз: ежедневная гибель мирных граждан России не приводит ни к оргвыводам, ни к решительным действиям, ни к попыткам привлечь специалистов, ни к попыткам привлечь население — то есть ни к чему не приводит. И это, к сожалению, очевидно. Разве это нормально?
 
Более того. Что мы должны думать о власти, которая в тяжелое время торжественно бездействует? Ведь принимать решения (иногда тяжелые) — это и есть работа «начальства». Если эту работу «начальство» не исполняет, то закрадывается подозрение, что оно считает своей работой как раз бездействие, сохранение статус-кво, несмотря ни на что. То есть — ведет страну к поражению. Если судить по делам и плодам деятельности «начальства», как нас учили, — так и выходит:

«Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? ... Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак, по плодам их узнаете их».

Да, есть вероятность, что «начальство» что-то делает, но настолько секретно, что мы ничего не знаем. Но гораздо больше вероятность того, что всё, что делается, — не то, не туда, не на том уровне и ни к каким успехам не приведет. А еще больше — вероятность того, что нет никакого единого руководства этим процессом, что заранее обрекает любую кипучую деятельность на провал.

В общем, тяжелые предчувствия.

Подписаться