Европа рискует начать отопительный сезон с рекордно низкими запасами газа. Средние темпы восполнения запасов в ПХГ стран ЕС в июле находятся на одном из самых низких уровней за последние 15 лет, — пишет ТАСС.

Время безвозвратно упущено. Крупные страны Европы стремительно несутся к энергетическому кризису зимы‑весны 2027 года. Проблема в том, что за последние шесть лет (а это большой срок даже для энергетики) страны Европы не сделали практически ничего, чтобы слезть с газовой иглы: разрыв отношений с «Газпромом» и замена трубопроводного газа на сжиженный — это не решение проблемы зависимости от импорта. Но:

🔸СЭС и ВЭС в Китае за это время построены на порядок больше.

🔸Во Франции запущен один энергоблок АЭС «Фламанвиль» мощностью 1650 МВт. В Финляндии АЭС «Олкилуото» — 1600 МВт, в Словакии АЭС «Моховце» (ВВЭР‑440). Ещё один такой же обещают ввести до конца лета 2026 года. Итого 3 ГВт атомной мощности на весь многострадальный ЕС за пятилетку.

🔸За это время не запущена ни одна угольная ТЭС или крупная ГЭС.

🔸Не произошло массовой замены газовых котлов на тепловые насосы или древесные пеллеты: уровень потребления природного газа населением и коммерческим сектором не снизился.

При этом и климат, и американцы, и «печатный станок», и санкции, и добрая воля китайцев — всё это играло на руку странам Европы и давало время для адаптации к новым условиям дефицита природного газа.

Теперь самый надежный способ не столкнуться с веерными отключениями электроэнергии уже в 2027 году — срочно ехать в Кремль с белыми флагами: снимать санкции с СПГ, договариваться о запуске уцелевшей ветки «Северного потока‑2» и попытаться уговорить поляков восстановить долю «Газпрома» в польском участке «Ямал — Европа» и заключить новый договор о транзите.

Впрочем, флаги уже забелели:

⭕️В Германии усиливаются призывы к возобновлению диалога с Россией, пишет The Times. В Берлине обсуждают восстановление каналов связи с Москвой и подготовку переговоров по урегулированию конфликта в Украине.

⭕️ЕС может отказаться от нового пакета санкций против России, пишет Bloomberg. Согласование 21-го пакета ограничений застопорилось из-за разногласий стран блока, в том числе из-за позиции Греции по запрету поставок российского СПГ в третьи страны.

А вот и «бомба» следующего кризиса. Например, американских финансистов окончательно перестал пугать рынок коммерческой ипотеки США. Там масса проблем: необслуживаемые сотни миллиардов долларов выданных кредитов под офисные небоскрёбы и торговые центры. Но «рынок» предпочитает не замечать эти проблемы. Кому хочется копаться в этом грязном белье сугубо регионального значения?

Есть и другая проблема в США — огромное число необслуживаемых кредиток и автокредитов. Но потребительские долги тоже не пугают инвесторов, и эту проблему удаётся игнорировать много лет: американские банки «рисуют» огромные прибыли, а значит, всё хорошо. Ну в крайнем случае придумают, как сбросить ещё триллион вертолётных денег на потребителей, и рассосут эту проблему за счёт Минфина США.

А вот игнорировать закредитованность американского «биг-теха» вряд ли удастся. Это витрина американского капитализма. Чудо-юдо достижений и прогресса, цифровизации, ИИ и прочих чудес XXI века. Но блеск витрин начал меркнуть, проявились первые трещинки, а будущее вдруг оказалось не столь радужным и безоблачным.

На графике сверху — стоимость страховки от дефолта для крупнейших американских корпораций, участвующих в гонке ИИ. Они стремительно растут, выходя на новые исторические максимумы. Говоря иначе, до инвесторов начало доходить: гонка ИИ — это хорошо, а «где деньги, Зин?».

Ведь все чудеса научно-технического прогресса происходят в кредит. Текущего операционного денежного потока для строительства гигантских дата-центров американским компаниям, конечно, не хватает. И для поиска денег под новые стройки они идут на рынок и размещают бонды на десятки миллиардов долларов. В целом так и работает капитализм. С одним небольшим «но». Рынок ИИ пока не сложился, он лишь на стадии формирования. Модели ИИ сменяют друг друга раз в несколько месяцев. Огромные инвестиции в рост мощностей, создание моделей, их обучение, расширение рынка — всё это банально не успевает окупаться за считанные недели. А весь хайп последних пары лет для компаний США — это скорее убытки, нежели огромные прибыли, пусть и в перспективе десятилетия.

В общем, Oracle уже на вылет. Он уже «не вписался» в рынок. Другие компании ещё могут остановиться. Но это не точно. Хочется же быть первым и лидировать, а значит надо строить дата-центры и вкладываться, вкладываться, вкладываться.

Почему это принципиально важно? В смысле, чертовски опасно?

Потому что стратегические (коммерческие тоже) резервы являются обязательным условием устойчивого существования спотового рынка нефти, на котором базируется фьючерсный рынок.

В реальности они давно поменялись местами (цена спота привязана к фьючерсу), но функционально они связаны именно в той последовательности, что мы привели. Исторически сначала был раздут спотовый рынок, создан институт трейдеров, и только потом на базе спота был запущен фьючерсный рынок.

Прямая зависимость фьючерса от спота сохраняется, хоть она и заретуширована финансовым навесом. Теперь о том, каким образом связан спот с резервами. Переход от системы долгосрочных инвестиционных контрактов, которые долгое время структурировали нефтяную отрасль, к споту резко повышал объем рисков.

Спот изначально был зоной высокорисковых сделок, обеспечивавших скачки (волатильность) спроса. Если где-то спрос подскакивал выше законтрактованных объёмов (природный катаклизм, ураган, авария, война...), то нефть на споте продавалась с большой премией.

Если скачков спроса не происходило, а стоимость хранения на танкере превышала возможную премию, нефть сбрасывали по демпингу.

То есть спот выполнял роль того самого резерва "на черный день", который выполняет сегодня стратегический резерв. Во времена контрактной системы и контроля за нефтедобычей со стороны "семи сестер" в резервах не было смысла. А переход на спот потребовал создания резервов, выполняющих роль буфера в расконтрактованной (лишенной системной опоры) модели рынка.

Кстати, именно резким ростом накопления нефтяных резервов странами Запада был вызван рост цен на нефть в 1979-1985 годах. К 1986 году резервы были созданы, институт трейдеров (посредники) сформирован, цену нефти напрямую привязали к фьючерсу, и тут же ее обрушили.

Весь этот длинный текст мы привели с единственной целью. Если стратегические резервы США (и всего западного мира) будут исчерпаны, спотовые (реальные) цены останутся без страховки и полетят вверх, а за ними посыпется и фьючерсный рынок. США в цейтноте, им надо срочно решать вопрос с Ираном или с Россией.

Или одно из двух. Или победив и унизив, или заключить мирные соглашения. Но это не будет означать мир, угроза существующему порядку (долларовая архитектура мира) проявлена зримо и теперь ее не развидеть. Так что любое соглашение с США будет временным перемирием. Отступать Вашингтону некуда...

Буровая в Telegram | в MAX

Жара доканывает не только Европу. В Средней Азии также наблюдаются погодные аномалии.

На неделе в Узбекистане синоптики прогнозируют жару до 46–48 °C. Под 40 °C — в Бишкеке.

Как результат — рекордное потребление электроэнергии в Узбекистане и Кыргызстане. Местные генераторы и сети не справляются с возросшей нагрузкой. Например, в отдельных районах Бишкека и Чуйской области временно отключают электроэнергию из-за жары.

Власти Узбекистана также ввели веерные отключения электроэнергии на фоне экстремальной жары еще на прошлой неделе. В отдельных районах свет отключают на срок до двух часов, чтобы не допустить крупных аварий в энергосистеме. Потребление электроэнергии в стране уже достигло рекордных 290 миллионов кВт·ч за сутки.

В целом, страны Средней Азии столкнулись с инфраструктурными проблемами. Население региона и экономика растут намного быстрее, чем успевает развиваться базовая инфраструктура — в первую очередь энергетика. Сказывается и эхо 90-х, когда дороги, сети и больницы просто превратились в «труху», и теперь, чтобы вернуть их в нормальное состояние, требуются огромные дополнительные капитальные затраты.

Впрочем, власти центральноазиатских республик делают много для того, чтобы навести порядок в энергетике: растет интерес к атому, развивается внутренняя добыча ресурсов, строятся новые станции и сети. Тем не менее, главная проблема электроэнергетики и ТЭК — они крайне временоемки. От первых договоров на строительство и проектирования до первых киловатт в сети проходит не менее десятилетия, тогда как электричество нужно здесь и сейчас.

И Таджикистан, и Узбекистан, и Кыргызстан переживут это аномально жаркое лето. Жителям этих республик не привыкать к зною. Однако проблемы с энергетикой и здесь — еще одно свидетельство протекающего глобального энергетического кризиса. Он начался в 2021 году и с тех пор периодически посещает все регионы мира, в том числе и ресурсно богатые и инфраструктурно-насыщенные — Китай, Россию и США. То есть от энергокризиса никто не застрахован.

И тут с той стороны дна постучались...

Американский нефтяной рынок постепенно охватывает паника. А для того чтобы объяснить, что происходит, Минэнерго США даже выпустило диаграмму (сверху).

Запасы сырой нефти на хранилищах в Кушинге, штат Оклахома, упали ниже 20 миллионов баррелей на неделе, закончившейся 19 июня, пишет Минэнерго США.

Для обеспечения работоспособности хранилищ сырой нефти и нефтепродуктов необходим минимальный объем продукта в резервуарах и трубопроводной инфраструктуре, который может варьироваться в зависимости от конкретного хранилища или системы резервуаров. Если уровень запасов падает ниже минимального объема, насосы могут стать неэффективными, и хранилища перестают функционировать. Эти минимальные объемы иногда называют «дном резервуара».

Сегодня никто не знает, где то самое «дно всех резервуаров» легендарного Кушинга, вмещающего 93-94 млн баррелей нефти и нефтепродуктов. Для того чтобы понять, Минэнерго США заказало специальное исследование. Однако есть подозрение, что дно уже где-то рядом, и в какой-то момент весь сложный комплекс просто может остановиться из-за того что нефть и ГСМ в нем кончились.

В частности, о том, что дно Кушинга близко, ярко свидетельствуют спреды между ценами на WTI и Brent. Впервые за многие годы они на какой-то момент стали «отрицательными». То есть баррель виртуальной нефти в США стал стоить дороже барреля виртуальной нефти в Европе.

Но интересно другое: при сохранении текущих трендов (блокировка Ормуза и вывоз нефти из США рекордными темпами) дно Кушинга мы обязательно увидим.

Однако важен этот терминал тем, что через него проходят поставки реальной нефти тех самых фьючерсов WTI и нефтепродуктов. И не дай бог, если эти поставочные фьючерсы покупатели попробуют обменять на реальную нефть. В общем, всё идет к тому, что продавцы нефтяных фьючерсов просто окажутся в «дефолте» и не смогут поставить реальную нефть. А покупатели получат «фиг с маслом». В общем, доигрались.

С демографией и рабочими руками дела в России обстоят чуть лучше, чем в Китае и Японии, но значительно хуже, чем в Европе и США.

В горизонте до 2032 года мы видим, что дополнительно в экономику нам необходимо будет привлечь порядка 3 млн квалифицированных рабочих, — заявил на неделе глава Минтруда Антон Котяков.

Острая проблема — нехватка рабочих профессий, специалистов со средним образованием: слесарей, сварщиков, машинистов, электромонтёров, каменщиков, а также швей.

С одной стороны, проблема для России не нова. С дефицитом кадров, занятых именно ручным трудом, наша страна живёт последнее десятилетие. И особенно остро этот вопрос стал в последнюю пятилетку, с началом СВО и снабжением фронта: заводам ВПК потребовались спецы.

С другой стороны, каких-то инноваций российское правительство и бизнес для решения этого вопроса не придумали. Как и во всех странах Европы, решается он привлечением дешевых специалистов из других стран: Россия — один из крупнейших реципиентов мигрантов в мире, высасывающая миллионы людей из Средней Азии. Периодически возникают идеи возить трудовых мигрантов из КНДР, Индии, Афганистана и других демографически растущих стран.

Экономический плюс такой политики — огромный: такого специалиста не надо годами растить, приезжает сразу экономически активный человек. Более того, часто такому спецу не надо платить пенсию, так как отработав контракт он уезжает обратно.

Но есть у такой политики и огромные минусы. Первый — экономический: многие компании, имея доступ к дешёвому труду мигрантов, абсолютно не занимаются автоматизацией и оптимизацией внутренних процессов. Например, стройка. За редким исключением, российское домостроение — это экстенсивные способы использования ручного (близкого к рабскому) труда. Тогда как в развитые страны, столкнувшись с аналогичными проблемами, отчасти решили их, превратив строительство в конвейер, например, через модульное домостроение, малую автоматизацию труда.

Однако для таких инноваций нужны высококлассные специалисты. Их не завести оптом из Средней Азии. И это создаёт замкнутый круг: для внедрения технологий нет спецов, а профи в России не растут, так как всё отдано на откуп дешёвому мигрантскому труду. И ни кто не хочет ломать сложившуюся модель.

Другой важный минус — социальный. Создать «плавильный котел» наций в России все равно не получается. Приезжие из других стран живут анклавами, плохо интегрируясь в российское общество и культуру. Происходит общественное расслоение, формируются диаспоры, в том числе и по религиозному признаку.

И эту проблему прекрасно осветила глава Минтруда Республики Таджикистан Солеха Холмахмадзода:

Россия за последние десять лет выдала гражданство почти 800 тыс. таджикам. Власти Таджикистана не видят угроз в массовом получении российских паспортов. При этом министр подчеркнула, что каждый человек, получивший гражданство другого государства, никогда не перестанет быть таджиком.

«Сегодня мы решили продлить статус защиты для бежавших от войны на один год, до марта 2028 года. Мы продолжаем поддерживать Украину. Как часть нашей поддержки, мы также хотим убедиться, что Украина может защищать себя. Поэтому наша схема временной защиты уважает законные потребности Украины», — заявил министр юстиции, внутренних дел и миграции Ирландии Джим О'Каллаган.

Судя по суконным новостям, идущим из Европы, Украина исчерпала свой мобилизационный ресурс, а темпы «бусификации» мужчин на Украине резко снизились. В итоге европейцы не придумали ничего лучше, чем закрыть границу для военнообязанных. То есть теперь для мужчин с 25 до 60 лет не только закрыт выезд с Украины, но и въезд в страны Европы.

Однако, очевидно, это лишь первый этап ограничений со стороны ЕС. Ведь по данным главы МИДа Украины Андрея Сибигы, за границей находятся более 8 млн выходцев с Украины. А самая крупная европейская община украинцев — в Германии.

Киев и Берлин ищут способы вернуть уклонистов из ФРГ на Украину. Власти двух стран обсуждают механизмы возвращения украинцев, в том числе мужчин мобилизационного возраста, сообщил посол Украины в ФРГ Алексей Макеев.

За европейской деловитостью и мягкими дипломатическими фразами, в общем-то, скрывается подготовка к геноциду украинцев мужского пола. То есть все идет к применению практики «бусификации» (отлова мужчин украинского происхождения для депортации на родину и фронт) непосредственно в странах Европы. Ментально к этому же готово общество Польши. Нечто похожее прорабатывается и в Германии. Ну то есть все в лучших европейских традициях XX века.

При этом выживаемость украинских мужчин на СВО катастрофична:

по прогнозам главы Офиса миграционной политики Украины Василия Воскобойника, стране нужно до 300 тысяч мигрантов в год для сохранения населения, но «реально ожидать» лишь десятки тысяч.

Ждем, наблюдаем и удивляемся, как пожар тушат бензином

Диаграмма от МВФ о том, как разные регионы мира гасили кризис вызванный дефицитом топлива из-за блокады Ормуза количестве принятых мер. И она прекрасно отражает логику мышления лидеров разных регионов.

Итак, если исходить из методологии МВФ, то у любого государства есть три инструмента для решения топливной проблемы:

🔸Ценовой — фиксация цен на топливо несмотря на «биржевое» ценообразование. Метод так себе, проблему физического дефицита вообще не решает, зато статистика, в том числе по инфляции, выглядит прекрасно.

🔸Финансовый — убираем налоги и сборы на бензин и дизель, тем самым снижая нагрузку на потребителя и нефтяные компании. А уж «рука рынка» там сама разберется, где взять нефть и ГСМ и куда их направить. В общем, как и в первом случае, решение лишь в статистике выглядит прекрасно — цены не растут (их компенсирует бюджет), ну а то, что топлива вообще нет, так это вы там сами разбирайтесь с заправками, нефтебазами и нефтеперерабатывающими заводами.

🔸Снабженческий — роспуск имеющихся коммерческих и стратегических запасов для компенсации выпавших объемов поставок.

На диаграмме интересно то, что страны Европы для борьбы с топливным дефицитом сделали ставку на финансовый метод. В общем, по старой европейской традиции залили кризис деньгами бюджета и лишь немного компенсировали провал предложения из стратегических запасов.

Диаметральная позиция в Азии: там, напротив, насытили рынок (где могли) нефтью и ГСМ и лишь отчасти снизили налоги и раздали субсидии.

Но, в отличие от возможностей «печатного станка», запасы нефти у стран-импортеров не безграничны. И отсюда можно сделать логический вывод: очередная попытка залить этот продолжающийся топливный кризис деньгами приведет лишь к тому, что цены, по мере исчерпания запасов начнут стремительно расти. Ведь их будут подогревать вливаниями бюджетных и внебюджетных средств.

На графике — «крест Чубайса» с немецкого разлива: генерация электроэнергии на немецких АЭС и замещение этой энергии импортом электроэнергии атома из других стран. Отличие лишь одно: в России «крест Чубайса» — глубоко теоретизированные прогнозные и несбывшиеся расчеты. В Германии — суровая реальность, прямо сейчас разрушающая основу экономики — обрабатывающую промышленность.

Для ФРГ ситуацию усугубляет то, что закрытие немецких АЭС совпало с остановкой поставок трубопроводного газа из России, а кроме того, с изменением климата в сторону потепления. Зимой, конечно, потребление энергии (газа) снизилось, а вот летом, напротив, заметно выросло. Но к росту надежности всей немецкой энергосистемы это не привело. Напротив, если судить по крайне волатильным котировкам цен на электроэнергию на биржах, энергосистема Германии находится в хроническом стрессе, и в шаге-двух от блэкаута.

Поэтому помыкавшись ещё десятилетие с «молекулами свободы», немцы всё равно вернутся к возрождению атомного комплекса — силами ли французов, китайцев или русских.

Тут можно привести пример Японии. После трагедии на Фукусиме местные власти тоже утверждали, что «от сих более никогда...». В итоге, сегодня из 26 энергоблоков, построенных в стране, уже 15 в работе, а 3 готовятся к запуску. Заменить энергию АЭС бесконечными ветрами Тихого океана и солнцем южного климата в Японии не удалось. Но в чем-то японцы оказались мудрее немцев: они не стали сносить свои остановленные АЭС.

Но важно то, что немцы (и японцы) устроили свои эксперименты в отказе от атомной энергии в период агрессивной индустриализации Китая и выхода его промышленников на рынки продукции высокого передела. И сегодня китайцы, использующие любую доступную энергию — угля, атома, подсанкционных русских энергоносителей, — вытесняют с рынка продукцию немецкой (и японской) обрабатывающей промышленности. А чего-то другого экономика Германии предложить миру не может. И сегодня Китай — это важнейший вызов для ресурсно нищенствующих стран развитого мира: оказалось, что на одних скиллах умных инженеров и капитале не выехать. Для конкуренции с китайским промышленником нужен и доступ к дешёвым базовым ресурсам.

И раньше полностью амортизированные немецкие АЭС хотя бы отчасти закрывали эти потребности. А новые, только отстроенные ВЭС и СЭС в кредит и под субсидии лишь ухудшают положение немецких промышленников и бюджетов.

С 1 марта по 15 июля 2026 года китайские нефтетрейдеры недокупили на мировом рынке нефти около 500 млн баррелей, взяв на себя основной удар энергетического кризиса. Всего за этот период мировая экономика недополучила, по разным оценкам, около 1,2–1,5 млрд баррелей из Персидского залива.

🔸Да, китайцы начали готовиться к блокаде Ормуза за много месяцев до этого, накопив рекордные 1,4–1,5 млрд баррелей в резервах, а кроме того, где успели, пересадили автомобилистов на электроколёса.

🔸Да, искусственное снижение спроса — это целенаправленная игра коммунистической партии Китая против Белого дома. И американцы, кстати, тоже готовились к этому кризису, но не месяцы, а годы, взращивая добычу сланцевой нефти.

🔸Да, именно благодаря нашему большому другу и стратегическому партнёру — КНР — российские нефтяники не получили причитающуюся им сверхмаржу от форс-мажоров, происходящих на Ближнем Востоке. Но зато противостоящие Китаю Европа и Индия не столкнулись с дефицитом топлива и новым всплеском инфляции.

⭕️Но китайские резервы не резиновые, а американские SPR уже близки к исчерпанию.

⭕️Но конфликт на Ближнем Востоке приобретает всё более неуправляемый характер: наивные предположения стратегов США о том, что они могут по рубильнику включать и выключать войну против Ирана, прямо сейчас терпят крах.

⭕️Но к противостоянию Ирана и США стремительно добавляется разлом Саудовской Аравии против йеменских хуситов. И у последних, кстати, может появиться не только иранская поддержка. Отношения между ОАЭ и КСА — на крайне низком уровне, а «враг моего врага — мой друг».

⭕️Но иранские власти тем временем поднимают ставки и уже атаковали эмиратскую Фуджейру, остановив экспорт нефти из ОАЭ. На очереди блокировка Баб-эль-Мандеба.

⭕️Но в ближневосточную авантюру США пытаются впутать Турцию, Ирак и Сирию...

В общем, время начинает играть как против КНР, так и против Штатов. И, как и СВО, стороны не добившись ничего за первые месяцы, перевели его в противостояние на истощение. Текущие цены на нефть вообще не отражают глубину происходящего кризиса: рынок наивно полагает, что конфликт вновь погаснет по первому желанию США или Китая.

Нефтяных резервов КНР хватит ещё на 2–3 месяца покрытия искусственно заниженного спроса. А после начнутся разрушительные, в том числе и для экономики Азии, потрясения — физической нехватки топлива на заправках. Всё то же самое, что было в последний месяц в России, только на два порядка страшнее и катастрофичнее.

А читали ли вы хоть в одном западном СМИ или агентстве, что китайский Минфин занимает сегодня под меньший процент, чем американский или японский? А ведь это революционное изменение в глобальном финансовом устройстве!

Говоря на спекулянтском суржике: «Теперь кукловоды глобального керри-трейда — не американские банки или японские, а китайские». То есть конечный интересант глобального неоколониального налога сменил прописку. С конца 2025 года источник самой дешёвой пассивной базы — китайская финсистема. И именно китайцы сегодня могут кредитовать или не кредитовать Дядю Сэма!

В этом случае государственных займов прекрасно работает сложный процент. Эти самые 0,5 п.п. годовых в разнице доходностей между китайскими и японскими (а в случае с американскими - 2,5 п.п.) бондами на горизонте десятилетий выливаются в огромные суммы - триллионы долларов сэкономленных средств.

И нам в России, кстати, этот контекст разницы процентов по займам очень легко понять на простом примере. Многие виды бизнеса в России просто невозможно вести из-за отсутствия дешёвой пассивной базы: микроэлектроника, космос, автомобиле- и авиастроение и т. д. Все эти отрасли в России живут на костылях господдержки (бюджетных и квазибюджетных субсидиях) просто из-за того, что требуют регулярного обновления основных фондов. При российской стоимости кредита постоянно модернизировать производства невозможно. В итоге российские заводы всё время отстают от мировых лидеров, не создавая конкурентоспособной продукции. Хотя российская инженерная школа - передовая в мире. То есть мы знаем как, но просто не успеваем.

И с этой точки зрения китайские банкиры, власти и промышленники сработали прекрасно. Когда американцы и европейцы замораживали русские активы и повышали риски владения долларом и евро, китайцы замкнулись на себе и боролись с инфляцией в первую очередь за счёт внутренней политики мощной энергетической и производственной базы. В итоге после 2022 года США, страны Европы и Япония погрузились в инфляционный кризис, тогда как экономика Китая живёт в реальности, где инфляция — совсем не проблема.

В итоге «глобальный капитал» (хотя капитал всегда имеет национальность) видит сегодня в займах китайскому правительству меньший риск, чем в займах правительству Японии или США. И это переворачивает мироустройство, которое мы знали со времён Второй мировой войны. То есть прямо сейчас юань отправляет доллар на свалку истории.

Прекрасная диаграмма от МЭА объясняет, каким образом за пятилетку китайцы обошли лидировавших американцев и европейцев на рынке электромобилей. Они просто смогли сделать электромобиль дешевле. Однако за этим простым «дешевле» скрывается огромная системная работа, и не только отдельных автогигантов и их поставщиков, а всей сложной системы китайской высокотехнологичной промышленности.

Важно, что смогли сделать автопроизводители КНР — максимально удешевить батарею. Сделано это за счет полного контроля за всей цепочкой поставок от руды до готового изделия и эффекта масштаба: таких крупных и настолько автоматизированных гигафабрик, как в Китае, нет ни в одной стране мира. Более того, все мировые автогиганты вынуждены закупать продукцию для своих авто в КНР.

Другое направление — рынок сбыта. Для того чтобы все эти гигантские фабрики работали в оптимальном режиме, им нужны продажи. И здесь китайские власти буквально продавливали потребителей на покупку автомобилей на АКБ. Роскошь, недоступная ни в одной другой стране мира: практически безальтернативно пересадить потребителей на электротранспорт могут только в КНР.

Однако для того чтобы все эти «ягодки» появились, власти КНР десятилетиями исповедовали программу «пусть расцветают сто цветов», обильно поощряя конкуренцию на внутреннем автомобильном рынке и не менее обильно субсидируя его.

И спустя два десятилетия создания идеальных условий парничка мы видим очередное китайское экономическое чудо. И это многолетняя системная работа, в результате которой китайские автопроизводители буквально забивают европейскую старую автошколу, как наименее защищенную. Очень плохо дела и у японцев, тот же легендарный Nissan в жутком кризисе. Чуть лучше дела у Toyota. Единственный, кто хоть как-то выживает — Автоваз и американские автопроизводители, вовремя сократив экспансию на мировой рынок и закрывшие внутренний рынок США от китайцев.

В ближайшее десятилетие мы увидим перекройку глобального автомобильного рынка, невиданную с 90-х годов. Перекрытие Ормуза и дефицит топлива — прекрасный катализатор для перехода потребителя от старой технологии с ДВС на электротягу. А этот рынок уже практически полностью под китайскими автобрендами и они готовы бросить вызов:

«Китайский BYD заявил, что может сместить Toyota с позиции крупнейшего в мире автопроизводителя по объему продаж, даже не имея доступа к американскому рынку», — пишет FT.

На прошлой неделе тысячи сотрудников Volkswagen вышли на протесты после того, как стало известно о планах компании уволить до 100 тысяч человек по всему миру и закрыть несколько заводов на родине. Так, к 2034 году планируется закрыть четыре немецких завода в Цвиккау, Эмдене, Ганновере и Неккарзульме, на которых работают 40 тысяч человек. И это после того, как в декабре 2025 года VW впервые за свою историю закрыл предприятие в Дрездене — так называемую «Стеклянную мануфактуру».

Бесконечно долго и с большим удовольствием можно смотреть на три вещи: огонь, воду и то, как терпит крах Volkswagen.

Германия, пропустившая колонизацию планеты, последние полтора века живет с комплексом: « тесно в своих границах». Первая попытка вырваться из географических ограничений, как известно, закончилась падением монархии, революцией и подписанием унизительного Версальского договора.

Вторая попытка расширить свои границы привела Германию к подписанию Акта о безоговорочной капитуляции. Страна потерпела сокрушительное поражение, ее территория была разделена на четыре оккупационные зоны, а нацистский режим уничтожен.

И вот после 1989 года Германия ведет достаточно успешную экспансию во внешний мир. Однако в отличие от первых двух попыток это наступление идет не силой танков и оружия, а силой капитала и технологий. И те границы, которые невозможно было взять насилием, были взяты евро. А весь ЕС поделен между Германий и Францией.

VW в этом продолжающемся четвертое десятилетие походе — одна из самых важных сил Вермахта. Кроме того, VW — крупный донор бюджета ФРГ, то есть косвенный спонсор военного бюджета Украины. В общем, переиначивая слова Чарльза Уилсона, президента GM: «Что хорошо для Volkswagen, то хорошо для Германии». И наоборот.

Впрочем, несмотря на свою ключевую роль для экономики Германии, VW — скорее жертва обстоятельств. Во-первых, мало кто понимал в Германии, к чему приведет безумная политика энергоперехода и снос АЭС. Мотивировки были, как всегда, благими, и никто не хотел резкого роста цен на электроэнергию и падения конкурентоспособности Германии как промышленного центра. Во-вторых, VW в рамках глобальной конкуренции сам размещал свои заводы в КНР, тем самым годами взращивая себе конкурентов, и точно никто не мог предположить, что власти КНР перехватят инициативу у европейцев в электромобилизации автотранспорта. В-третьих, в Европе точно никто не думал о том, что Россия начнет СВО из-за Украины, а Ормуз может быть перекрыт.

В общем современному миру не нужно столько автопрома. И кто-то (корейцы, американцы, японцы или европецы) должны уступить свой рынок китайцам. Первым сдался VW.

«Угольщики идут вперед, несмотря на проблемы с мировым рынком, несмотря на нашу достаточно серьезную ситуацию внутри страны, где и сильный рубль мешает, честно скажу, мы же экспортно-ориентированная республика», — сказал глава Якутии Айсен Николаев в ходе встречи с президентом России Владимиром Путиным.

В ответ Путин заявил, что укрепление национальной валюты не несет прежних рисков для экономики. «Валюта меньше нужна, не нужна так, как раньше», — сказал президент.

Айсен Николаев на встрече с Путиным, сам того не желая, запустил фундаментальную дискуссию о послевоенном устройстве российской экономики и финансов. Понятно, что полного образа будущего нет даже у президента России, однако очевидно, что прежняя, экспортно-ориентированная модель, основанная на продаже самого простого сырья: угля, нефти, газа, алмазов, — подошла к своему логическому завершению.

Говоря иначе, Россия десятилетиями продавала на мировой рынок невозобновляемое ценное сырье. При этом продавала в избытке, столько, что даже не успевала потратить поступившие средства. Конечно, во многом такая финансовая политика обусловлена правилами МВФ для всех (развивающихся) стран, участвующих в неоколониальном обмене со странами Запада (развитыми странами): получил валюту — отложите ее в резервы, а уже под резерв печатай национальные тугрики (в нашем случае — рубли). И конечно, после заморозки российских резервов от этой модели Россия будет отходить.

Во-первых, потому что хранить резервы в валютах стран G7 небезопасно: их в любой момент могут заморозить. Во-вторых, валюты развитых стран сильно померкли: оказалось, что на них практически ничего нельзя купить в условиях санкций. В Россию за евро и доллары запрещено продавать даже унитазы. Ну то есть мы свои невозобновляемые и невосполняемые нефть и газ не можем поменять даже на фаянсовые изделия.

При этом поменялась и российская экономика. Те же «унитазы» вполне способны производить российские промышленники, о чем и говорит Владимир Путин, заявляя: «Валюта меньше нужна». А значит, у России нет нужды продавать нефть и газ на внешние рынки в прежних объемах. Не говоря уже об угле или природном газе как товарах с меньшей удельной стоимостью единицы энергии.

Тем не менее эти сектора в России есть, и миллионы людей сегодня заняты в ресурсных экспортно-ориентированных секторах добывающих ресурсы для экспорта. Эти люди получают неплохую зарплату, создают огромную добавленную стоимость (ВВП), налогооблагаемую базу для бюджета. В России под этот вид деятельности созданы целые города, дорогостоящая инфраструктура вывоза этой продукции.

И в общем-то дискуссия запущенная Николаевым, будет разворачиваться ближайшие месяцы или годы: если мы отходим от примитивной экспортно-сырьевой модели экономики, то какой вид деятельности способен заменить сверхпроизводительный труд нефтяников, газовиков России? Что это за сектора? Готова ли Россия к их развитию с точки зрения наличия компетенций, географии, ресурсной обеспеченности? Но самое важное: готовы ли мы конкурировать на этом новом рынке с американцами, европейцами или китайцами ценой, качеством, скоростью внедрения?

А ведь резкий отказ Белого дома от установки офшорных ВЭС происходит на фоне инвестиционного бума в генерацию электроэнергии в США. В прошлом году, из-за растущего спроса на электроэнергию, инвестиции в новые тепловые станции превысили китайские. И это само по себе удивительно: Штаты — страна развитая, и электроэнергетика — это сформировавшаяся отрасль экономики. В электроэнергетике Штатов десятилетиями шла игра на выживание: кто даст меньшую цену? Газовая генерация выдавливала в конкурентной борьбе угольную. В свою очередь против газа играли владельцы солнечных и ветровых электростанций, и все это на фоне стагнирующего спроса на электричество.

Тогда как Китай — страна развивающаяся, и здесь отрасль электроэнергетики — формирующаяся; она требует огромных инвестиций для удовлетворения постоянно растущего спроса. И, имея самый высокий уровень электрификации в мире (уровень проникновения электричества в экономике), китайские власти всячески поощряют вложения в новые ГВт. То есть обогнать Китай — это большое достижение.

И даже понятна причина огромных инвестиций, пошедших в тепловую генерацию США: это вызвано растущим спросом со стороны ЦОДов. И его удовлетворяют ПГУ, питающиеся природным газом. Высокий КПД установок вкупе с дешевым сырьем делает стоимость кВт·ч крайне выгодной для гигантских серверов.

Однако, глядя на этот график, невольно закрадывается мысль: десятки ГВт новых газовых ТЭС уже очень скоро включатся в сеть и будут питаться газом, и его потребуется много — до пары сотен миллиардов дополнительных кубометров. Тогда как этот самый газ — крупный источник экспортной выручки. Более того, США приложили немало усилий, чтобы освободить европейский рынок под «молекулы свободы». И ведь в таких условиях внутреннее потребление этого ценного ресурса стоило бы поэкономить, а сэкономленное продать за границу по экспортным контрактам — ведь такую политику много лет вёл «Газпром»?

В общем, администрация Белого дома, даже имея геополитические выгоды от экспортных поставок природного газа, предпочитает отказаться от офшорных ВЭС, что знаково. И, конечно, «личная неприязнь» президента США Дональда Трампа здесь совсем не при чем.

Два дня «прожарки» перед законодателями предстоит пройти новому главе ФРС Кевину Уоршу: нужно будет отвечать на неудобные вопросы про инфляцию, безработицу и перспективы экономического роста. В отличие от российского ЦБ, у ФРС двойной мандат — это не только инфляция, но и занятость, а та — прямая производная от инвестиций и развития экономики.

Выступление Уорша перед Палатой запланировано на вторник, 14 июля, перед Сенатом — на среду, 15 июля.

Bloomberg уже создал интригу предстоящего выступления: мол, инфляция от первого энергетического кризиса уже пошла на убыль (ага, ага), но Ормуз вновь заблокирован. В общем, новому главе ФРС можно только посочувствовать. Настолько плачевного состояния финансов и экономики в США не было со времен Великой депрессии: госдолг — 125% к ВВП, инфляция никак не успокаивается, а патрон — президент Дональд Трамп — требует низких ставок.

При этом позиция главы ФРС — со времен Бена Бернанке это кресло со встроенной гранатой. Рано или поздно рванет: либо инфляция накроет госдолг, либо пузырь на рынке акций, крипты, недвижимости лопнет, устроив кризис а-ля 2008, только значительно хуже. При этом экономика США не может жить без постоянных бюджетных вливаний и при ставках выше 5%.

И тут любой глава ФРС находится в хроническом состоянии: «повезет» или нет возглавлять ключевое ведомство в момент кризиса. Судя по динамике событий последних лет, именно Уоршу придется нести крест очередной финансовой катастрофы Штатов. Будильник вот-вот прозвонит.

При этом нужно понимать, что текущий, хронически низкий инфляционный фон доллара США — это явление последних десятилетий. Понятие «хорошо», созданное политиками и экономистами за последние полвека, — то есть «нормальность» Пола Волкера из 70-х годов прошлого века.

Однако та самая нормальность состоит не только из инфляции, а скорее инфляция — производная от множества других факторов. Во-первых, именно в 70-х годах начался процесс цифровизации экономики, приведший к стремительному росту производительности труда. Вначале у офисного планктона, а потом и в производстве. Во-вторых, Ближний Восток де-факто перешел под контроль Штатов, что снизило цены на нефть — ключевой компонент инфляции. В-третьих, упал СССР, и высвободились ресурсы на развитие гражданских отраслей. Начал поднимать голову Китай со своим производством, что высвободило рабочие руки в низкопроизводительных отраслях развитых стран — лёгкой промышленности, углепроме и т.д. В общем, инфляция в 2% — это результат череды исторических событий, а не интенсивной работы главы ФРС.

И сейчас тот старый мир стремительно исчезает. Доллар США теряет свой статус. Выгоды цифровизации уже сняты. Арабы уходят из-под контроля. Европа тоже. Россия возрождается. Китай угрожает. Куда ни глянь — везде вызовы. А долги Штатов разбухли и висят гирями над возможностями Минфина для мобилизации ресурсов для маневра.

В общем, Уорша можно поздравить. Он занял ключевое антикризисное ведомство в момент, когда кризис уже вышиб двери и стремительно врывается в реальность Штатов.

Чем прекрасен рынок государственных бондов — он лучше любых других индикаторов отражает исторические даты и мегатренды: то есть превращает гуманитарные знания в математику.

В 1991 году доходности десятилеток ФРГ, США и Японии были на уровне 8%. Однако потом «что-то случилось», и настал «конец истории». Период падения доходностей продолжался без малого три десятилетия, пока не возник исторический и финансовый артефакт: Минфины Японии и Германии занимали под отрицательный процент. На самом деле это был триумф западного неоколониализма. Хотя об этом, как всегда, узнаем много позже.

На многолетнее сжатие доходностей госбондов стран G7 работал не только распад СССР (превращение СССР из стратегического врага в поставщика дешёвых ресурсов и квалифицированной рабочей силы), но и становление экономики КНР. За счёт массового и дешёвого товара из Поднебесной, заполонившего мир, развитым странам удавалось удерживать инфляцию на рекордно низком уровне в течение десятилетий и перераспределять высвободившиеся руки в высокомаржинальные сферы: IT, консалтинг, инжиниринг. Все эти люди прекрасно зарабатывают и сегодня, но реального продукта, который можно съесть или на котором можно куда‑либо поехать, не производят.

А период дешёвых ресурсов СССР, помноженный на дешёвый труд китайца и безграничные энергетические возможности КНР, завершился. И по графику видно, что финал мегатренда наступил не в 2020 году, а в 2022 году, в который тоже «что-то случилось». Забавно, что банкиры Запада (олицетворение прагматичности, цинизма, наделенные даром предвидения) упустили этот исторический момент. В конце прошлого десятилетия им казалось, что отрицательные доходности по бондам — это навсегда, доллар правит миром, а глобализм побеждает.

Бонды развитых стран падают, а доходности растут не из‑за того, что исчерпались запасы нашей родины, а из‑за того, что китаец отказывается работать за плошку риса и тоже желает жить в богатой и достаточной стране. Но ещё одного «золотого миллиарда» планета просто не прокормит.

Сейчас, в том числе и благодаря СВО, история возвращает политиков США и Европы в 1991 год — дообсудить и договориться о том, о чём не было договорено тогда. Но и доходности по десятилетним займам явно нацелились на те же уровни — около 8% годовых, как по американским бондам, так и по долгам стран Европы и Японии. И что интересно: при таких купонах по облигациям договороспособность политиков Запада вырастет кратно.

При нынешних уровнях закредитованности государств утверждать, что «у них есть ресурсы для стратегической победы», в здравом уме никто не решится. Говоря проще, при 8% по US Treasures — точно будет не до Украины, границ НАТО, Ближнего Востока и прочих пустяков. При таких доходностях весь западный мир, выстраиваемый последнее десятилетие, сложится как карточный домик, сдуют все пузыри, откроются все кровавые раны, которые удавалось залечивать деньгами.

И госбонды — вообще самый важный график ближайших лет. Судя по нему, историческое окно для переговоров России с НАТО и США ещё не наступило, но вот-вот наступит.

Решение России запретить экспорт дизельного топлива взбудоражило мировые энергетические рынки, усугубив нехватку промышленного топлива и вызвав резкий рост цен даже в странах, которые больше не покупают топливо в Москве, — пишет Reuters.

Решение приостановить экспорт вообще всех видов ГСМ из России адекватно моменту и вызовам, стоящим перед страной. Европейские генералы и политики, ничего не добившись санкциями, перешли к следующей стадии войны на истощение — уничтожению инфраструктуры. С одной стороны, это могли бы быть любые критически важные элементы: связи, управления, транспорта, заводов ВПК на территории России. Однако повредить их очень сложно, тем более средствами доставки в виде малозаметных украинских БПЛА, которые не могут нести больше нескольких килограмм взрывчатки.

Именно поэтому выбраны российские НПЗ и нефтеналивные порты. Для того чтобы их поджечь, имеющихся зарядов в несколько кило достаточно. А вот чтобы повредить какой-нибудь действительно важный, стратегический завод, до него нужно доставить на два порядка больше взрывчатых веществ, что в текущей стадии конфликта крайне сложно.

Однако в игру на истощение можно играть вдвоём. Цена дизеля на мировых биржах резко пошла вверх, торгуясь на уровне 140–150 долларов за баррель. Рост цен на топливо наносит урон не только российской экономике, но и европейской, и американской. Инфляция — это разрушительная волна, способная снести весь западный капитализм за несколько лет, разрушив экономику виртуальных капитализаций, долговых пирамид, криптовалют и прочих порождений «печатного станка». Впрочем, если судить по корейской бирже, процесс сдувания «пузырей» уже набирает обороты.

Разрушительное свойство топливной инфляции известно давно, однако до иранцев мало кто решался на воплощение инфляционного цунами в реальную жизнь. И аятоллы сделали огромный шаг на пути к своей стратегической победе. Другое дело, что тыл у Ирана слаб и долгой войны на истощение (а могут потребоваться месяцы полной торговой блокады, пока западный финансовый мир дрогнет) он не выдержит. В какой-то момент персы выбрали «компромисс», а зря. До победы оставалось немного. Надо было держать Ормуз закрытым ещё месяц-полтора. Впрочем, вероятно и китайские советники сыграли не малую роль в умироторении Ирана.

Но теперь эстафета перешла к России как экспортёру дизеля номер два в мире. Дизельное эмбарго будет бить в первую очередь по странам Европы, так как там острый дефицит НПЗ, и средние дистилляты в регион традиционно везут из России, Индии, Ближнего Востока или США. Но нефтепереработка Штатов не в лучшей своей исторической форме. В последние годы нефтеперерабатывающие заводы преимущественно закрывались, а мировое лидерство у Штатов давно перехватил Китай. То есть мощный нефтяной кластер США точно не справится со стоящими вызовами. А альтернативы этим поставкам де-факто нет. Ближневосточные ГСМ заблокированы в Персидском заливе, Китай и Индия в условиях блокады квотируют экспорт.

С этой точки зрения, именно через разгорающийся мировой энергетический кризис у России вновь возникает окно возможностей закончить СВО на своих условиях. И надо пользоваться этим рычагом.

«Три-два-один» — началась новая игра в музыкальный стул: кто первый не успеет перехватить танкер с нефтью.

Ормузский пролив будет закрыт Ираном до окончания вторжения США в регион, сообщает Press TV со ссылкой на КСИР.

На графике сверху — топ импортёров нефти из стран Ближнего Востока по доле импорта. Видно, что в первой десятке — государства Азии и Африки. И более того, такие крупные страны, как Пакистан и Япония, приобретали 4 из 5 импортных баррелей нефти именно с Персидского залива. Тайвань и Южная Корея — 2 из 3, а Таиланд, Индия и Шри-Ланка — каждую вторую.

Понятно, что часть этой нефти пойдёт в обход. Пакистан граничит с Ираном, Саудия и ОАЭ продолжат отпускать сырье через Янбу и Фуджейру соответственно. Но мировой нефтяной баланс сейчас значительно хуже, чем 28 февраля 2026 года, накануне атаки США на Иран. А вот цены на нефть лишь на десяток процентов выше.

И понятно, почему: западные СМИ из кожи вон лезут, доказывая, что новые иранские власти — люди конструктивные и готовые к переговорам, мол, «посулите им новое снятие санкций — и они вновь откроют Ормуз, и нефти опять польется рекой и в избытке». Однако верить западным СМИ не стоит. Как и иранским. Обе стороны ведут откровенно военную пропаганду.

А вот на что стоит обратить внимание — это на поведение властей и нефтяных компаний Саудии, Ирака, ОАЭ. Все они готовы инвестировать миллиарды долларов в ближайшие годы в обходные Ормузскому проливу пути. А значит, смотрят на текущий конфликт не как на временное недоразумение, а как на хроническое состояние на ближайшие годы.

Жаль, что рынок фьючерсной нефти этого не замечает. Глядишь, цены росли бы бодрее.

А вот в топе стран-импортеров все же придется посидеть на голодном нефтяном пайке. Для некоторых, например Японии, Шри-Ланки и, возможно, Индии, это выльется в тяжелый экономический и финансовый кризис уже до конца этого года.

Международный валютный фонд уже более месяца не перечисляет Украине плановый транш почти на 700 миллионов долларов. По графику действующей кредитной программы деньги должны были поступить 1 июня, однако выплата до сих пор не состоялась.

В МВФ заявили, что вопрос о выделении средств рассмотрят «в ближайшие недели», однако точную дату по-прежнему не называют. Такое же заявление фонд делал и две недели назад.

Всего действующая четырехлетняя программа помощи Украине предусматривает выделение 8,1 миллиарда долларов.

Неполученный транш от МВФ, вроде бы, мелочь. Затратная часть бюджета Украины на этот год — 115–118 млрд долларов. То есть МВФ «заморозил» лишь 0,6% от заложенных трат. Но явление симптоматичное. Ранее МВФ вообще не смущали ни коррупция на Украине, ни тотальное невыполнение взятых на себя обязательств, ни невозможность вернуть выделенные средства. МВФ, полностью подконтрольная США структура, помогала вместе с европейскими союзниками содержать «черную дыру». Продолжалось это долго, даже после прихода к власти Дональда Трампа, полностью сократившего прямую финансовую (но не военную) помощь Незалежной.

То, что Штаты перестали выделять не только прямую помощь, но и косвенную, говорит об очень серьезном разладе среди союзников по фронту. И отказ в поддержке МВФ никак не повлияет на фронт, но серьезно ударит по отношениям среди украинских «помощников». Ну и, конечно, добавит проблем как для Минфина Украины, так и для евробюрократов. Эти 700 млн были заложены в доходную часть бюджета, и их надо теперь восполнить: либо заняв на открытом рынке под гарантии стран Европы, либо урезав паек для ВСУ, так как основная часть затрат Украины (более 60% расходной части) — это оборона.

Но самое главное в том, что оставшиеся спонсоры Украины (страны G7 без США и ЕС) прямо сейчас переживают тяжелый энергетический кризис, быстро перетекающий в острый финансовый (инфляция от блокировки Ормуза только-только начала попадать в статистику). А во время финансового кризиса занимать деньги под «0%» не получается. За займы приходится платить, и порой очень дорого. И у крупних спонсоров Украины — Германии и Великобритании — уже подгорает. Приходится выбирать между войной против России или системами жизнеобеспечения собственных государств.

И вроде бы у англичан есть Банк Англии, а у Германии — ЕЦБ, и можно «напечатать» денег и пустить их в дело на восточном фронте. Однако успехов армия Украины не демонстрирует, а «образ победы» в Европе сильно поник. Слова типа «стратегическое поражение» России, «капитуляция» и «экономический крах» вообще исчезли из лексикона европейских лидеров. Сейчас главный звучащий тезис — «усадить Россию за стол переговоров», однако выделять десятки миллиардов долларов лишь для того, чтобы «поговорить», — сложно продаваемая избирателям история.