Нас всю жизнь готовят к суровой реальности: садик приучает к режиму, школа — к бессмысленным дедлайнам, институт — к тому, что оценивают не то, что ты знаешь. К выходу во взрослую жизнь мы, в общем-то, полностью укомплектованы.

И только три месяца летних каникул каждый год всё меняли. В них была другая жизнь: когда просыпаешься не от будильника, а от того, что в окно бьёт солнце и пахнет нагретой пылью. Когда впереди целый день, и он твой, весь, до последней минуты — можно не планировать, не отчитываться, не быть нигде вовремя. Когда в этот самый один день можно уместить недельное приключение.

С тех пор мы, в общем, так и живём — с сентября по май терпим, а сами всё ждём, когда же наступит наше лето.