СтудВоля

🆕 Ленин жив: дискуссия Минченко и КПРФ в контексте новой российской мифопоэтики

В российском политическом телеграме вспыхнула казалось бы анахроничная, но на деле симптоматичная дискуссия — Евгений Минченко, один из главных политтехнологов страны, вступил в публичную полемику с Юрием Афониным, зампредом ЦК КПРФ, о роли Ленина в истории России. Вопрос, казалось бы, исторический: был ли Ленин предателем, иностранным агентом или спасителем от «буржуазного режима»? Однако сама интенсивность и широта реакции на эту дискуссию, а также фигуры подключившихся к дискуссии участников (от Володина до Холмогорова) требуют рассматривать её в том числе как новый акт современной политической мифопоэтики.

🔖 Если коротко, то Минченко утверждает, что Ленин был по сути разрушителем российской государственности, действовавшим в интересах внешних сил — пусть и не как формальный шпион, но как «объективно полезный» агент влияния. Афонин в ответ защищает Ленина как антиимпериалиста, защищавшего интересы народа и боровшегося с войной, принесшей миллионы жертв.

💡 Для руководства КПРФ эта дискуссия — очередной виток борьбы за символический капитал. Ленин — это опора их исторической легитимации. Под ударом не только фигура Ульянова, но и сам нарратив о «великом советском проекте». Минченко же ставит такую повестку КПРФ в позицию защиты «предателя» — что особенно чувствительно в нашем актуальном политическом контексте.

🔥 Дискуссия о Ленине становится поводом для более глубокой реконфигурации символического пространства российской политики. Фигура Ленина — это точка раскола между разными версиями государственности: Ленин как «анти-Государство», фигура разрушения Империи, а Сталин как «реставратор», новый номос. «Николай I – Сталин – Путин» — метаисторическая линия, которую Минченко предлагает использовать для легитимации текущего политического порядка.

Фактически, предлагается политическая мифология, в которой советский проект — это аномалия, в то время как преемственность проходит по имперской линии. Причём фигура Сталина, несмотря на его очевидную связь с советским проектом, легко интегрируется в новую модель в качестве «собирателя империи», в отличие от Ленина, ассоциирующегося с хаосом и расколом.

Этот разговор свидетельствует об усложнении политического мифотворчества в современной России. Если 10–15 лет назад государственная мифология опиралась на синтез победы в Великой Отечественной войне и православно-имперского нарратива, то сейчас наблюдается конкуренция версий прошлого: кому принадлежит право на отцов-основателей?

🚩 КПРФ очевидно теряет инициативу: даже в разговоре об истории партия оказывается в роли догоняющего. Афонин — компетентный оратор, но его участие в полемике лишь подчёркивает нарастающую культурную и политическую изоляцию партии от актуального общественного разговора.

Причём для партии защищать Ленина нет никакого смысла: левая идея в России давно утратила чёткое идейное ядро. Современный неосоветизм, особенно в молодёжной среде, питается скорее культурными артефактами, чем ортодоксальным ленинизмом. Достаточно заглянуть в деятельность региональных отделений современного комсомола: там соседствуют культ советского быта, военизированный патриотизм и отсылки к современной уже неомарксистской риторике Грамши и Жижека. Ленин сегодня — не передовой символ коммунистического движения, а скорее лишённый глубокого осмысления персонаж фрагментированного и сильно эстетизированного левого поля.

🌐 Тем временем правящие элиты всё активнее конструируют новую идеологическую архитектуру, в которой имперский патриотизм, централизм и дистанцирование от революционной традиции становятся важными опорными точками. Отказ от Ленина — логичный шаг в этой сборке. КПРФ, в теории, могла бы адаптироваться к этому тренду — встроиться в новую символическую конструкцию. Но готова ли она отказаться от своей главной иконы? И если да, то что она сможет предложить взамен?

🔔 СтудВоля