Православие, самодержавие, выставка: Путин и Гундяев открыли экспозиции о ВОВ в Манеже

Компанию им вечером понедельника составили Сергей Собянин, любимый историк Путина Владимир Мединский и известный как «духовник Путина» митрополит Тихон Шевкунов, который в качестве председателя Патриаршего совета по культуре принимал активное участие в организации выставки.

Путин на выставку привычно опоздал, и простым смертным пришлось два часа приобщаться к «народному единству» в очереди на улице. Из здания Манежа тем временем выходили люди в строгих костюмах и радостные дети в облачении МГЕР и Юнармии. В итоге толпу пустили лишь за час до закрытия.

При входе на экспозицию вновь образовалась очередь — на сей раз из желающих прильнуть к мощам святителя и исповедника Луки (Войно-Ясенецкого), архиепископа Крымского. Уже упомянутый о.Тихон как раз является Главой Крымской епархии, правда, уже в сане митрополита (святителя патриарх Кирилл в речи тоже повысил до него).

Слева от иконы святителя Луки и ковчега с его мощами скромно и даже незаметно для посетителей разместилось специально переданное из Музея Российской армии Знамя Победы, водруженное над поверженным Рейхстагом.

Антураж дополнял восстановленный интерьер зала суда Нюрнбергского трибунала. Живописные полотна представлены подлинниками из собрания Русского музея в Санкт-Петербурге - знаменитая «Оборона Севастополя» Александра Дейнеки и многое другое. Идеологически экспозиция получилась в осторожно-консервативном официальном формате.

Товарища Сталина на выставке действительно довольно много, причем как в живописи, так и в артефактах — парадная форма, трубка, ордена Победы, реконструкция кабинета. Впрочем, без оценочных суждений — как негативных, так и восторженных. Религиозный аспект затронут также предельно аккуратно, без особых упоминаний репрессий и разгула антирелигиозной пропаганды в довоенный период. Упоминается, что в 43-м году власти смягчили религиозную политику, правда, без объяснений причин: за время оккупации с согласия немецкой администрации на подконтрольных им территориях стали вновь массово открываться церковные приходы. Перед Сталиным возникла сложная дилемма, что с этим делать на освобожденных землях: вновь все позакрывать, а священников репрессировать или обратить процесс в свою пользу и прийти к разумному компромиссу. Тем более что Вождь народов после Тегеранской конференции был вынужден оглядываться на западных союзников. Естественно, что на выставке отсутствуют фотографии священников РПЦ совместно с офицерами Вермахта, равно как и фотографии товарища Сталина в газете «Безбожник» с соответствующими цитатами.

Представлен на выставке и список XVII века иконы Казанской Божьей Матери из Елоховского собора — тогда кафедрального, — правда, без пересказа популярной городской легенды о том, что этот список несколько раз (количество витков варьируется) облетел в 41-м году вокруг Москвы на самолете, чем и спас столицу.

Естественно, никак не могли на выставке не выстроить параллели с украинской войной, повесив плакат дивизии СС «Галичина». Об аналогичных, и в силу естественных причин гораздо более многочисленных формированиях из великороссов – РОА, РОНА, казачьих дивизий — ни слова.

В общем, организаторы максимально постарались держаться подальше от скользких тем, сведя дискурс к уваровской триаде «православие, самодержавие, народность»: «самодержавие» — товарищ Сталин и цитаты В.В. Путина; «православие» — самобытное, а «народность» — в очереди на улице, где ей, видимо, и самое место.