ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН:
герои уходящего дня

6 апреля 1966 года, уводя падающий истребитель-перехватчик Як-28П от кварталов Западного Берлина, погибли летчик Борис Капустин и штурман Юрий Янов.
Военкор Владислав Шурыгин на страницах журнала «Родина» восстановил хронику подвига:

В материалах расследования сохранилась короткая запись радиообмена:

Капустин - ведомому:
- Триста восемьдесят третий, отойди вправо!
Ведомый выполнил маневр. Спустя пару секунд запросил:
- Триста шестьдесят седьмой, не вижу, где ты?
- Триста восемьдесят третий, я возвращаюсь! - отозвался Капустин.
И - мертвая тишина.

- Триста шестьдесят седьмой, почему не отвечаешь?..

Ведомый не знал, что произошло невозможное: у самолета Капустина отказал один двигатель, а спустя несколько мгновений встал и второй. Как установит комиссия, причиной послужил "конструктивно-производственный дефект".

Тишина оглушила. Самолет начал резко терять высоту.

Капустин с помощью системы автономного запуска и кислородной подпитки попытался запустить двигатели - не вышло! Еще попытка - неудача!

"Як" вынырнул из облаков. В кабине секундный шок. Под ними во всю ширь, от горизонта до горизонта, распахнулся Берлин...
16-тонная, с полными баками топлива машина падала на оживленные улицы. Оба пилота из последних сил, до упора, тянули ручки управления на себя, выводя самолет из пике.

- Юра, прыгай!
- Командир, я остаюсь!

Впереди последней надеждой блеснуло блюдце озера Штёссензее. Пленка сохранила последние слова Капустина:
- Спокойно, Юра, садимся...

Каким-то невероятным образом они перемахнули через дамбу, едва не задев ехавший по ней грузовик. Но выровнять самолет, приподнять нос для посадки - уже ни скорости, ни времени не было. Вздыбив фонтан воды, "Як" громадным копьем зарылся в мутную глубину озера…
С начала аварии прошло 30 секунд.

А потомки героев и 60 лет спустя встают, услышав песню, написанную по горячим следам подвига:

Не скоро поляны травой зарастут…
А город подумал, а город подумал,
А город подумал: ученья идут…

@sashakots