2.


Дополнительные расходы и риски ущерба от ударов по логистическим центрам будут заложены в конечную стоимость товаров. Потребители могут столкнуться с ростом цен и увеличением сроков доставки, считают экономисты.

Если речь идет о единичной потере двух логистических центров, Wildberries сможет постепенно перестроить работу. Однако повторение атак по другим объектам способно создать системный кризис. Как пишет Николай Митрохин, «компания должна объявить о срочном вывозе товара со всех складов в Европейской части России (включая максимальные меры по её доставке потребителям там, где товар уже на региональном складе), и последующей приостановке деятельности».

Главное последствие произошедшего, по мнению военных экспертов, — усиление ощущения незащищенности инфраструктуры, обеспечивающей повседневную жизнь.
Собеседники считают, что серия результативных ударов по логистическим центрам Wildberries и Ozon способна вызвать дефицит части потребительских и импортных товаров.

К середине 2026 года Wildberries располагает примерно 130 логистическими объектами, включая крупные фулфилмент-центры и региональные распределительные узлы. Их общая площадь превышает 2,5 миллиона квадратных метров.

В структуру Ozon входят более 55 крупных фулфилмент-центров и свыше 150 сортировочных и доставочных хабов.

Маркетологи из Санкт-Петербурга отмечают, что масштаб возможного дефицита зависит не столько от общего числа атак, сколько от выбора целей. Уничтожение одного крупнейшего регионального хаба может на несколько недель нарушить поставки на Урале, в Сибири или Поволжье.

Покупатели столкнутся с отменой заказов, исчезновением части товаров из каталогов и увеличением сроков доставки. Московские склады не смогут быстро компенсировать потерю региональной инфраструктуры.

Для общероссийского логистического кризиса, по оценке собеседников, может быть достаточно трех-пяти одновременных атак на крупнейшие узлы. Если из строя будут выведены 15–20 объектов, последствия могут сохраняться три-четыре месяца.

На компенсацию потерь, восстановление инфраструктуры и закупку новых товаров из Китая государству в таком случае может потребоваться от одного до двух триллионов рублей.

Логистика крупнейших маркетплейсов в значительной степени централизована вокруг Московского региона. Среди ключевых центров собеседники называют Коледино, Электросталь, Пушкино и Новую Ригу.

При этом исчезновение базовых товаров российского производства — например, туалетной бумаги или простых средств гигиены — маловероятно. В России сохраняются развитые целлюлозно-бумажная и базовая химическая промышленность.

Маркетплейсы стали одним из основных каналов параллельного импорта и доставки небольших партий товаров из Китая и стран СНГ. Через них потребители покупают электронику, автозапчасти, редкие лекарства, БАДы и другие импортные товары.

Продолжение результативных атак способно вызвать не только логистический, но и потребительский кризис. Это усилит социальную тревогу.

Логистические центры являются гражданской инфраструктурой; их строительство (даже еще в 2023 году) велось с учетом объемов потребительских запросов. А сама «платформенная экономика» плохо сочетается с войной. Пострадавшей стороной от ударов является потребитель.

Нанесение ударов по критической инфраструктуре центральной России создает новую реальность, когда элементы войны становятся не только частью жизни, но вызывают изменение потребительского поведения.

Один из политтехнологов отмечает, что российское общество не готово к полноценному переходу на военное положение. Однако разрушение привычной потребительской и логистической инфраструктуры может постепенно сделать такой сценарий частью повседневной реальности.