Чего Иран хочет от России?

18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЁН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ СМАГИНЫМ НИКИТОЙ АНАТОЛЬЕВИЧЕМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА СМАГИНА НИКИТЫ АНАТОЛЬЕВИЧА.

Глава МИД Ирана прилетел к Путину в Санкт-Петербург. Происходит это на фоне тупика на переговорах иранской стороны с США и продолжающейся блокады Ормузского пролива.

Прежде всего, Тегерану нужна военная поддержка. То есть поставки вооружения — больше и лучше. Переговорная позиция и действия Ирана указывают на то, что долгосрочная военная конфронтация с Израилем и США (а может, и с арабскими странами региона) воспринимается Тегераном как базовый сценарий. Поэтому оружие нужно разное — желательно сейчас, но даже если не удастся сейчас, то можно и позже. Война в той или иной форме надолго.

Второй запрос — это экономическое взаимодействие. Иран уже немало потерял из-за разрушения инфраструктуры, блокировок интернета и морской блокады. Да и с арабскими странами региона контакты уже не будут прежними после обмена ударами, а там тоже были крайне важные направления — так, ОАЭ обычно входили в топ-3 торговых партнёров Ирана, с торговлей в 2–3 раза больше, чем с Россией.

Здесь запрос к Москве такой: во-первых, не бросать инфраструктурные проекты с Ираном. А то Бушер уже почти полностью эвакуировали, остальные проекты (газовый хаб, «Север—Юг») тоже приостановлены, не говоря уже о будущих планах, вроде новой АЭС в Хормозгане. Тегеран хотел бы, чтобы Россия вернулась ко всему этому при первой возможности. Во-вторых, Москва может стать для Тегерана жизненно важным источником транзита — если блокада со стороны США продолжится, то Каспийское море и сухопутная связь с Россией станут одними из немногих оставшихся направлений для связи Ирана с мировыми рынками.

Интересы России здесь совпадают с иранскими лишь отчасти. Главная проблема Москвы в том, что, несмотря на солидные нефтяные доходы от войны с Ираном, она не имеет реальных возможностей влиять на ситуацию. Более того, Израиль и США бомбят российские объекты в Иране без всякой реакции на возмущения Кремля — это тревожный для Москвы прецедент. По Бушеру, вон, четыре раза попали — на случайные прилёты уже не спишешь.

Но пока что Россия пыталась медленно прощупывать почву — постепенно наращивая и трансформируя военно-техническое сотрудничество с Ираном, чтобы не рассориться с Израилем, арабскими странами региона, Турцией, да и с самим Трампом. То есть Кремль готов давать Ирану немного больше в плане вооружения, но не в том объёме, который просит Тегеран. Что касается экономики — то здесь логично повременить с Ираном, пока ситуация не станет более понятной.

Впрочем, пока неизвестно, с какими предложениями иранский представитель прилетел в Санкт-Петербург. Если вдруг Тегеран предложит что-то принципиально новое — вроде эксклюзивных прав на добычу ресурсов в Иране или чего-то в этом роде — ответ Москвы может быть тоже несколько иным.

Россия на Ближнем Востоке