Нефтедобыча продолжается, какой-то экспорт есть, но весь положительный эффект высоких нефтяных цен очень сильно нивелируется другими факторами: крепким рублем, атаками на нефтепереработку, бюджетным дефицитом.

В санкционной, герметичной экономике крепкий рубль снижает экспортную выручку, та провоцирует снижение доходов бюджета и рост дефицита, а дефицит требует финансирования.

За пять месяцев мы сделали фактически двойной план по дефициту бюджета. И это очень тревожная история, потому что источников для его финансирования мало.

Люди снимают деньги со счетов по двум причинам. На фоне роста цен, в том числе скрытого, гражданам не хватает денег на еду и товары повседневного спроса. Кроме того, делают свое дело перебои в работе интернета и работы мобильных банков.

Может оказаться, что официальная безработица — 2%, а неофициальная — 20%.

Если к осени количество людей, ищущих работу и неспособных ее найти, вырастет в два-три раза, это создаст очень серьезный очаг социального напряжения.

Кризисная траектория этого года намечается очень мощная, и осенью мы увидим серьезные ее проявления.

Дефицит бюджета по итогам года может составить 15-16 трлн рублей, и это абсолютный рекорд, который заморозит инвестиционные проекты и поставит перед экономикой главный вопрос: что нужно, чтобы восстановить нормальные фундаментальные условия ее функционирования?