Что же, кажется, начинаются интересные сдвиги в вопросе о возможных американо-северокорейских переговорах. 22 сентября Центрального телеграфного агентства Кореи (ЦТАК) сообщило, что Ким Чен Ын заявил о своей принципиальной готовности встретиться с Дональдом Трампом - естественно, на определённых условиях.

По сообщению ЦТАК, Ким Чен ЫН, выступая на сессии Верховного народного собрания (ВНС) КНДР, сказал: «Если США откажутся от иллюзий о денуклеаризации, то встреча на высшем уровне возможна.» Более того, он сделал комплимент Трампу - ведь о том, что буйный дедушка тает от комплиментов, знают и в Пхеньяне: «Лично у меня остались хорошие воспоминания о президенте США Дональде Трампе»,

Заявления Ким Чен Ына важны прежде всего потому, что они означают смену официальной (точнее - официально озвучиваемой) позиции руководства КНДР по вопросу о возможных переговорах с США. На протяжении всего времени с избрания Трампа на второй срок представители Пхеньяна, включая и Ким Ё Чжон, сестру Ким Чен Ына и главного интерпретатора северокорейской позиции, время от времени заявляли, что им якобы не о чем говорить с Вашингтоном. Однако многие, включая и меня, отмечали: подобные заверения о «безразличии» к США вообще не стоит воспринимать всерьёз. С момента избрания Трампа было ясно, что переговоры между двумя странами вполне возможны и даже вероятны.

О проблемах переговоров (и их желательности) я недавно писал в Foreign Affairs (желающие могут поискать, но предупреждаю, что доступ платный). Если в двух словах, то главная проблема заключается в следующем: Трамп хочет довести до конца процесс, который так и не был завершён на переговорах в Ханое в феврале 2019 года. Тогда обсуждалось, что КНДР демонтирует практически все известные за рубежом объекты своего ядерного комплекса, сохранив при этом уже накопленные заряды и, соответственно, возможности ядерного сдерживания. В ответ США должны были поддержать формальное снятие санкций Советом Безопасности ООН.

Такое соглашение было выгодно американцам: оно позволяло хотя бы на несколько лет (при некотором везении - лет на 5-10) затормозить развитие северокорейской ядерной и частично ракетной программ. Пхеньян же получал простор для манёвра и возможность получать деньги не только от Китая и России, которые и так не слишком озабочены санкциями, но и от других стран.

В целом сделка выглядела взаимовыгодной, но есть одна проблема: с февраля 2019 года международное положение КНДР заметно улучшилось. В нынешних условиях Пхеньян вряд ли согласится на те условия, что обсуждались в Ханое, и либо потребует от США больших уступок, либо же предложит Вашингтону куда меньше, чем был готов отдать пять лет назад. Для Трампа это серьёзная дилемма: в феврале 2019 года он отверг северокорейские предложения, заявив, что они явно недостаточны, поскольку у КНДР есть и другие ядерные объекты (и он был прав). США тогда настояли, что без демонтажа этих объектов уступок не будет, и гордо прокинули переговоры, так что даже подготовленный вьетнамцами торжественный обед так и остался несъеденным.

Сегодня ситуация иная: теперь Вашингтон не получит даже того, что Ким Чен Ын предлагал в 2019 году, и что тогда сочли недостаточным. Именно поэтому есть серьёзные основания опасаться, что Дональд Трамп, встретившись с Ким Чен Ыном и сделав несколько выразительных фотографий, в итоге не захочет подписывать соглашение, ещё менее выгодное для США, опасаясь, что это будет использовано его противниками для того, чтобы представить его слабым и бесхребетным (главный его страх).

В итоге можно сказать так: вероятность встречи Ким Чен Ына и Дональда Трампа довольно высока, но вероятность подписания действительно значимого соглашения - наоборот, невелика. Тем не менее, последние новости подтверждают, дело дело, кажется, действительно идёт к переговорам, и этот факт переговоров можно только приветствовать.