Сейчас я в Россию не могу больше ездить. А тогда я еще приезжал, и казалось, будто сквозь меня проходит сама история. Ощущение, что время и пространство соединились. И постепенно стали сами собой вот эти персонажи появляться. Кошка-оборотень, живущее в пруду чудовище. Есть такая традиция, и я в нее случайно заскочил, даже не заметив, – традиция московского текста про бесовщину и нечисть, которая, собственно, и населяет этот город.