На момент задержания в начале сентября 2023 года всем фигурантам было по 19 лет. Арсений Климин учился в Уральском радиотехническом колледже; у него есть инвалидность из-за аутоиммунного заболевания и гемофилии. Данил Елисеев тоже учился в колледже, а также работал кассиром в супермаркете. Никита Сухоруков был студентом Уральского педагогического университета.

По версии следствия, Климин вступил в переписку с представителем Легиона «Свобода России», который поручил ему за деньги поджигать релейные шкафы на железнодорожных линиях в городе и окрестностях. Климин нанял для этого своего приятеля Елисеева, который, в свою очередь передал «заказ» своему знакомому Сухорукову, чтобы тот, заработав, смог вернуть ему долг.

4 сентября 2023 года Сухоруков выехал на первый «объект», но не стал его поджигать, а написал Климину и Елисееву, чтобы посоветоваться насчёт технических трудностей. В этот момент Сухорукова задержали сотрудники ДПС, которым показалась подозрительной его машина, — это произошло в 1,5 километрах от ближайшего релейного шкафа. На следующий день задержали Климина и Елисеева. Всем троим было предъявлено обвинение в покушении на теракт организованной группой.

19 мая 2025 года военный суд вынес приговор, изменив обвинение на приготовление к преступлению. Климина приговорили к 8 годам, Елисеева и Сухорукова — к 7 годам каждого. Все фигуранты должны первые 4 года провести в тюрьме, остальной срок — в колонии строгого режима; также им назначено по 1 году ограничения свободы после освобождения.

Арсений Климин утверждает, что действовал по заданию ЦПЭ, с которым сотрудничал и раньше. Его кураторы из ЦПЭ не отрицают сотрудничества в прошлом, но говорят, что «не поняли его сообщений им о готовящихся поджогах» — по их словам, в эту операцию Климин ввязался сам ради денег. При этом некоторые детали дела говорят о том, что силовики могли быть в курсе происходящего и заранее вели прослушку всех телефонов, а, возможно, и «украинский собеседник» Климина был представителем российских спецслужб. В деле есть и другие противоречивые данные — о числе предполагавшихся к поджогу шкафов, физической возможности их поджигать в оговоренные сроки и пр.

При этом вне зависимости от того, какую роль сыграли в деле российские силовики, мы считаем, что действия, которые якобы планировали Климин, Елисеев и Сухоруков, следует квалифицировать не как теракт, а как умышленное уничтожение или повреждении чужого имущества или как приведение в негодность транспортных средств и путей сообщения. При этом обе эти статьи предусматривают наказание только за оконченное деяние, а не за подготовку к нему.

Подробнее описание дела и наша позиция изложены в справке (зеркало)